Книга Всадники Перна, страница 431 – Энн Маккефри

У Джексома не оставалось выбора, кроме как попросить дракона перенестись туда.

Первое, что ощутил юноша на новом месте, – изменившийся воздух, который был мягче, чище и не столь влажный. Рут’ скользил к маленькой бухте, всем своим существом излучая радость в предвкушении наплаваться всласть. Вдали сверкала на солнце путеводная для них горная вершина, безмятежная и необычно правильных очертаний.

— Я и забыла, как тут прекрасно, – выдохнула ему в ухо Менолли.

Вода была столь прозрачной, что виднелось песчаное дно бухты, хотя Джексом не сомневался, что глубина там немалая. Он заметил в толще воды сверкающие искорки желтохвостов и быстрые движения белопальчиков. Впереди виднелся идеальный полукруг белого песчаного пляжа и образовавшие тенистую границу деревья разной высоты с желтыми и красными плодами на ветвях. С пляжа, куда опускался Рут’, Джексом мог видеть густой лес, простиравшийся до невысокой гряды холмов, увенчанных величественной Горой. По обе стороны бухты виднелись другие маленькие бухточки, очень похожие на эту, возможно, не столь правильной формы, но такие же мирные и девственные.

Рут’ плюхнулся на песок, торопя своих седоков спешиться. Дракону хотелось как следует искупаться.

— Ступай, – сказал Джексом, любовно погладив морду Рут’а, и рассмеялся, когда белый дракон, которому не терпелось нырнуть, неуклюже заковылял к воде.

— Песок тут такой же горячий, как и на площадке Рождений, – пояснила Менолли, поспешно семеня в тень.

— Не такой уж и горячий, – возразил Джексом, идя следом.

— У меня слишком чувствительные ступни, – ответила она, устраиваясь на песке в тени, и, оглядевшись вокруг, недовольно поморщилась.

— Что, никаких следов? – спросил Джексом.

— Кого, Д’рама?

— Нет, огненных ящериц.

Менолли сбросила с плеча мешок с едой.

— Вероятно, они спят после утренней кормежки. Раз уж все равно пока стоишь – посмотри, нет ли на том дереве спелых плодов, хорошо, Джексом? Не хочется есть пирожки с мясом всухомятку.

Джексом нашел достаточно спелые плоды, которых хватило бы, чтобы накормить целый холд, и притащил Менолли столько, сколько смог унести, зная, что она любит сладкое. Рут’ развлекался в воде: он то нырял, то выпрыгивал над поверхностью, поднимая фонтаны брызг и большие волны. Файры подбадривали его криками и трелями.

— Прилив достиг высшей отметки, – сказала Менолли. Надкусив красный плод, она сжала его, выдавливая сок. – До чего же восхитительно! Почему на юге все такое вкусное?

— Наверное, потому что запретное всегда сладко. Прилив как-то влияет на появление огненных ящериц?

— Вряд ли. Думаю, на них повлияет Рут’.

— То есть нам нужно лишь подождать, пока они заметят Рут’а?

— Так проще всего.

— А в этой части Южного континента точно есть файры?

— Конечно, разве я не говорила? – с притворно-виноватым видом ответила Менолли. – Мы видели брачный полет королевы, и я едва не лишилась из-за этого Крепыша и Нырка. Красотка была вне себя от ярости.

— Может, ты еще о чем-нибудь не говорила, что мне следует знать?

— Не каждый раз у меня пробуждаются былые воспоминания, – улыбнулась Менолли. – Порой для этого нужен толчок, некий намек. Но со временем ты узнаешь все, что потребуется.

Решив, что с него хватит словесных игр, Джексом улыбнулся и занялся плодами, выбирая что повкуснее. Было очень жарко, он снял летную куртку и шлем. Рут’ наслаждался водными процедурами в сопровождении файров Менолли, развлекавших своими проделками снисходительных зрителей.