Книга Всадники Перна, страница 313 – Энн Маккефри

— Ф’нор… если бы я не запечатлела в тот день Берда, что бы сейчас со мной было?

Ф’нор не ответил, молча прижимая к себе Брекку, пока в вейр не вошла Миррим с нагруженным подносом в руках. Вокруг весело порхали ее ящерки.

— Мне помогала готовить Манора, Брекка, – строго проговорила девочка. – Ты же знаешь, какая она придирчивая. Так что съешь весь этот бульон без остатка и выпей снотворное снадобье. Выспись как следует, и сразу почувствуешь себя лучше.

Брекка озадаченно уставилась на девочку, которая, ловко оттеснив Ф’нора, подложила ей под спину подушки, повязала на шею салфетку и начала вливать ей в рот крепкий бульон из мяса цеппи.

— Можешь на меня не таращиться, Ф’нор Бенденский, – сказала Миррим, – и ешь то, что я принесла, пока не остыло. Я приготовила тебе грудку цеппи с пряностями, так что не дай первоклассному блюду пропасть впустую.

Улыбнувшись, Ф’нор покорно встал. Своими манерами девочка напоминала ему одновременно и Манору, и Брекку.

К удивлению Брекки, бульон оказался восхитительным на вкус, согрев желудок и утолив чувство голода, которое она осознала лишь сейчас. Она выпила снотворное снадобье, хотя сок плодов лунного дерева не мог полностью скрыть горький привкус.

— Ф’нор, ты что, решил вконец довести несчастного Кант’а до того, что он скоро превратится в стража порога? – спросила Миррим, укладывая Брекку в постель. – Слишком жалкий у него вид для коричневого.

— Но он же ел… – виновато начал Ф’нор.

— Ха! – бросила Миррим, точь-в-точь как Лесса.

«Придется основательно взяться за это дитя», – рассеянно подумала Брекка, но охватившая все тело слабость не позволяла пошевелиться.

— А ну поднимай эту ленивую груду коричневых костей с лежбища и отправляй к месту кормежки, Ф’нор. И побыстрее. Скоро все соберутся на пиршество, а ты сам знаешь, как действует на аппетит простого народа вид кормящегося дракона. Давай, иди. И ты, Кант’, с ним.

Последнее, что успела увидеть Брекка, когда Ф’нор покорно последовал за Миррим из спальни, – удивленный взгляд Кант’а, которого девочка крепко ухватила за ухо и потащила за собой.

Они оставляют меня, с внезапным ужасом подумала Брекка. Оставляют одну…

«Я с тобой», – тотчас же успокоил ее Кант’.

Две ящерки нежно прижались с обеих сторон к ее голове.

«И я», – сообщила Рамот’а. «Я тоже», – добавил Мнемент’, и к их мысленным голосам присоединились другие – тихие, но явственные.

— Ну вот, – с немалым удовлетворением заявила Миррим, вернувшись в спальню. – Они сейчас поедят и вернутся.

Она прошлась по комнате, прикрывая корзинки со светильниками, чтобы их сияние не мешало спать.

— Ф’нор говорит, тебе плохо оставаться одной, так что дождусь его возвращения.

«Я не одна», – хотела ответить Брекка, но глаза ее закрылись, и она провалилась в глубокий сон.

* * *

Лесса окинула взглядом Чашу Вейра и ряды столов, за которыми сидели задержавшиеся по окончании пиршества гости, и искренне пожалела, что не может чувствовать себя столь же свободно. Рожденные в холдах и мастерских родители новых всадников, сами мальчишки, ласкавшие своих дракончиков, даже обитатели Вейра – все они весело переговаривались и смеялись, и ни у кого не возникало поводов для печали или скорби. А Лессу мучила беспричинная тоска, от которой она никак не могла избавиться.