Книга Всадники Перна, страница 204 – Энн Маккефри

— А вон то не такое уж и крупное, вроде яйца цеппи. Вдвое меньше даже самого мелкого из остальных. – Он коснулся гладкой скорлупы яйца, лежавшего почти у самой каменной стены, в стороне от других.

— Эй, не трогай! – запротестовал Фелессан, явно шокированный.

— Почему бы и нет? Что ему сделается? Скорлупа жесткая как кожа. – Джексом слегка постучал по яйцу костяшками пальцев, затем приложил к нему ладонь. – Теплое.

Фелессан оттащил его от яйца:

— Нельзя трогать яйца. Никогда. Пока не придет твой черед. И ты родился не в Вейре.

Джексом пренебрежительно взглянул на друга.

— Что, боишься? – Он снова погладил яйцо, давая понять, что ему вовсе не страшно.

— Я не боюсь. Но яйца нельзя трогать. – Фелессан ударил Джексома по руке. – Если только ты не претендент. Но ты не претендент, и я тоже.

— Зато я лорд-холдер. – Джексом гордо выпятил грудь.

Ему очень хотелось еще раз погладить маленькое яйцо, поскольку, даже будучи лордом, он завидовал Фелессану, жалея, что не может даже надеяться однажды стать всадником. К тому же яйцо выглядело таким одиноким, маленьким и никому не нужным, таким далеким от остальных.

— Твое звание лорда не будет стоить и песчинки в Айгене, если вернется Рамот’а и застанет нас здесь, – напомнил Фелессан и решительно потащил Джексома к трещине.

Внезапный рев в дальнем конце площадки Рождений застиг их врасплох. Хватило одного лишь взгляда на громадную тень на песке у входа в пещеру. Фелессан, более ловкий и проворный, первым протиснулся в каменную щель. На этот раз Джексом не стал возражать, когда Фелессан с силой потащил его на себя, обдирая о камни. Они даже не стали оглядываться, чтобы убедиться, в самом ли деле вернулась Рамот’а, и, подхватив корзинки со светильниками, бросились бежать.

Когда свет из трещины затерялся за поворотом коридора, Джексом остановился, чувствуя, как болит от напряжения оцарапанная камнями грудь.

— Идем, – поторопил его Фелессан.

— Не могу. Моя грудь…

— Больно? – Подняв светильник, Фелессан увидел кровь на бледной коже Джексома. – Плохо дело. Нужно поскорее добраться до Маноры.

— Мне… нужно… отдышаться.

Светильник Джексома замигал в такт тяжелому дыханию и полностью погас.

— Придется идти помедленнее, – дрожащим больше от страха, чем от быстрого бега голосом сказал Фелессан.

Джексом поднялся на ноги, полный решимости ничем не показывать подступившую панику. В животе похолодело, грудь жгло огнем, на лбу выступил пот. Соленые капли упали на грудь, и у него вырвалось одно из любимых ругательств стражника на башне.

— Идем быстрее, – сказал он и, не выпуская из руки ставшую бесполезной корзинку, ускорил шаг.

Они держались внешней стены коридора, где тянулась в полумраке придававшая им смелости цепочка следов.

— Уже недалеко? – спросил Джексом, когда начал зловеще мигать второй светильник.

— Э… надеюсь.

— Что такое?

— Э… следов больше нет. – Они прошли еще немного, и свет окончательно погас. – И что теперь будем делать, Джексом?

— Ну, в Руате, – глубоко вздохнув, чтобы не сорвался голос, сказал Джексом, – стоит кому-то меня хватиться, меня сразу начинают искать.

— В таком случае тебя должны хватиться, как только Лайтол решит отправиться домой, так ведь? Он никогда тут долго не задерживается.

— Если только его не пригласят на ужин, а так оно и будет, если ужин в самом деле скоро, как ты говорил, – с горечью ответил Джексом, уже жалея, что согласился на столь неблагоразумную вылазку. – Ты хоть представляешь, где мы?