Книга Всадники Перна, страница 177 – Энн Маккефри

— Любое решение, которое ведет к переменам, – сказал Ф’лар, мысленно добавив «особенно сейчас», – обязательно встревожит некоторых предводителей Вейров и лордов-холдеров. Порой мне кажется, что лишь в мастерских постоянно стремятся к новому и заинтересованы в том, что ведет к усовершенствованиям или прогрессу. Что же касается лордов и… – Ф’лар не договорил.

К счастью, с севера приближался еще один гонец. Промчавшись мимо зеленой драконицы, он подбежал к своему лорду:

— На севере все чисто, господин. Выжжены три скопления зарывшихся Нитей. Опасности нет.

— Молодец, парень. Отлично бегаешь.

Раскрасневшийся от бега и похвалы гонец отдал честь предводителю Вейра и лорду, а затем, глубоко, но размеренно дыша, подошел к лежащему гонцу и начал массировать ему ноги.

Асгенар улыбнулся Ф’лару:

— Нет смысла заново повторять сказанное. В основном мы друг с другом согласны. Если бы еще удалось объяснить это остальным!

Коротко рыкнул Мнемент’, передавая доклад крыльев: все чисто. Дракон столь многозначительно протянул Ф’лару переднюю лапу, что Асгенар рассмеялся.

— Пожалуй, на этом и закончим, – сказал он. – Есть мысли, как скоро нам ждать нового Падения Нитей?

Ф’лар покачал головой:

— Здесь остается Ф’рад. Полагаю, дней семь у тебя есть. Сообщу, как только будем знать что-то определенное.

— Ты ведь будешь через шесть дней в Телгаре?

— Иначе Лесса мне уши оторвет!

— Мое почтение твоей госпоже.

* * *

Мнемент’ взлетел по пологой кривой, чтобы напоследок еще раз осмотреть леса. На севере и дальше на востоке поднимались клубы дыма, но Мнемент’, похоже, не придал этому значения. Ф’лар велел ему уйти в Промежуток, ощутил, как жуткий холод обжег свежие раны от Нитей на лице, и несколько мгновений спустя они уже были над Бенден-Вейром. Трубным ревом возвестив о своем возвращении, Мнемент’ почти неподвижно завис в воздухе, дожидаясь громогласного ответа Рамот’ы, одновременно с которым на карнизе вейра появилась стройная фигурка Лессы, издали казавшаяся еще более миниатюрной. Когда Мнемент’ заскользил ко дну Чаши Вейра, женщина стремглав помчалась вниз по длинной лестнице – именно за это они в свое время ругали своего сына Фелессана.

Подумав, что никакие упреки не избавят Лессу от этой привычки, Ф’лар вдруг заметил, что у нее в руках, и гневно обратился к Мнемент’у:

— Меня едва зацепило, а ты нянчишься со мной будто с птенцом!

Невозмутимо сложив крылья, Мнемент’ легко приземлился возле места кормежки.

«Ожог Нитей – это больно», – сообщил он.

— Мне совершенно не хочется расстраивать Лессу!

«А мне совершенно не хочется злить Рамот’у!»

Ф’лар соскользнул с шеи бронзового дракона, морщась от боли: смешанный с песком ветер со стороны площадки кормления растревожил свежие раны. Порой обоюдная связь между драконом и всадником оборачивалась серьезной проблемой, особенно когда Мнемент’ брал инициативу в свои лапы, что драконам обычно было несвойственно.

Мнемент’ неуклюже подпрыгнул, освобождая путь Лессе, которая еще не сняла полетное снаряжение и выглядела в своей кожаной куртке моложе любой госпожи Вейра. Заплетенные в косу волосы хлестали ее по спине. Ни материнство, ни семь Оборотов спокойной жизни не прибавили ей полноты, но грудь и бедра едва заметно округлились, а во взгляде огромных серых глаз светилось нечто предназначенное лишь для него одного, Ф’лара.