Книга Светлее дня, страница 68 – Ирина Родионова, Дарина Стрельченко, Ольга Цветкова, и др.

Он проснулся и увидел, что почему-то лежит в траве. Кажется, утро, и такой обычный, среднеполосный туман. И трава влажная, а за шиворот пробирается холодок. Рядом стоял большой сарай. Он увидел, что в него входит Веснушка. Только одета она сейчас была в лёгкое платье с цветочным узором и белую косынку, а в руках несла ведро. Макс поднялся и тихонько вошёл вслед за ней. Они столкнулись у двери, в небольшом тамбуре, и Макс притянул её к себе.

— Руки убрал! – делано возмутилась Веснушка.

Он зарылся лицом в её волосы, где-то возле уха, и вдохнул её запах.

— Не могу, – глухо сказал Макс.

— Не могу-у-у, – тихо передразнила Веснушка. – А кто обещал прожить эту жизнь вместе? Где ты был?

— Я потерялся, милая. Но я нашёлся, – он уже расстёгивал пуговки, обтянутые такой же тканью в цветочек, что и её платье, и гладил всё, что нужно было гладить, и нежно сжимал всё, что должно было быть сжато. Они поцеловались. Она закрыла глаза и обняла его. Грохнуло упавшее ведро. Из-за двери выглянул Красавчик:

— Вы чего тут? Ясно. А работать кто будет? Пушкин?

Макс с Веснушкой вошли вслед за Красавчиком. Помещение оказалось большим хлевом, а в его центре стояла, переступая по соломенному полу, корова. На её шее висел золотой колокольчик и иногда тихонько позвякивал. Такой прозрачный звук, словно вилкой по хрусталю. Веснушка пододвинула скамеечку, села и стала доить корову. Это была необыкновенная корова, серебристого цвета. От её шкуры исходило ровное сияние, а огромные рога блестели золотом. Она посмотрела на Макса, и у него подкосились ноги.

Его охватила радость. Будто он точно знал, что теперь всё будет очень, очень хорошо. Будто он попал в какое-то родное место, домой, где его безусловно и навсегда любили. Все его чувства обострились так, что хотелось рыдать.

Корова отвернулась, и его немного отпустило. На Макса сочувственно смотрел Красавчик. В измятой хлопковой рубахе, с метлой в руках он выглядел ничуть не хуже, чем на сцене.

— Ну что, отошёл?

— Да… так мы ехали в коровник?

Красавчик выпучил глаза.

— Коровник? – он недоумённо огляделся. – А, так ты видишь коровник?

Он засмеялся.

— Как твой мозг интерпретирует, так ты и видишь. Ты, брат, воплощаешься очень качественно, тебя из этого дела потом за уши не вытащишь.

Макс смотрел на удивительную корову и слушал мирные звуки молочных струй, ударяющихся о ведро. Красавчик подмёл пол и заменил солому.

Вошёл Лысый в обнимку с эмалированным тазом, наполненным свежей травой, пшеницей, кусочками тыквы. Он тщательно перемешал содержимое и высыпал его в кормушку. Корова опустила голову, принюхиваясь.

Веснушка закончила дойку и случайно задела ведро ногой, убирая скамеечку. Лысый едва успел его подхватить.

— Осторожно! В прошлый раз так Млечный Путь получился. Случайно. А оно нам надо – случайно?

Веснушка покраснела и осторожно подняла ведро. Она вынесла его из хлева, по пути улыбнувшись Максу.

Лысый принёс откуда-то из глубины хлева щётку и протянул Максу.

Макс вдруг понял, что ему нужно делать. У каждого из них была своя роль. Осторожно двигая щёткой, он стал расчёсывать белую шерсть и увидел, что корова прикрыла глаза и замерла. Он погладил её по морде, и по его спине побежали мурашки. Он расчёсывал каждую шерстинку, и постепенно белое сияние перед глазами затопило всё.