Книга Материнская плата, страница 63 – Софа Вернер

— Конечно, – Регина улыбнулась. – Вы можете потратить материнский капитал за второго ребёнка на машину, и уже сегодня она будет у вас дома.

— Почему за второго? – огрызнулась я, понимая, что моя выплата меньше указанной у стенда стоимости. Регина позволила себе наклониться вперёд, чтобы взглянуть мне в глаза. Она на мгновение перестала казаться назойливой мухой-мошенницей, как я годами видела тех, кто пытался что-то продать.

— Позвольте мне вам помочь.

— Вряд ли вы сможете.

— Применю какую-нибудь скидку сотрудника, – негромко сказала Регина и улыбнулась.

— Хорошо, Регина. Рассмотрю предложение.

Она встала и ушла, но попросила дождаться. У неё такое забавное старое имя, но почему-то отдающее новой модой – Регина от «регистрации», Катрина от К-3. Я вновь упёрлась взглядом в машины, позволила интерактивной презентации повлиять на меня. Блокировщик всплывающей рекламы остался дома вместе со специальными линзами. Я откинулась на спинку диванчика и расслабила плечи насколько вообще могла.

Даже сквозь несколько слоёв голограммы машина всё равно казалась мне излишне реалистичной. Хоть я и не могла с расстояния разглядеть, как сообщала реклама, микро-морщинки, поры и волоски, фигура модели Нелли всё ещё как живая подрагивала перед моими глазами. Я понимала, что начинаю плакать – ничего удивительного, – и никакой стыд перед мимо проходящими зеваками меня не удержал от этого. Экспозиция вокруг шла своим чередом, менялись рекламные ролики, консультанты водили семьи вокруг да около Нелли. Не мне, но другим, Нелли продавали быстро и точно, как будто цена у неё низкая, а процентная ставка всем доступна. Счастливым мамам с послушными детьми показывали реактор в разрезе, громко объясняли, как Гелий-3 стал топливом в искусственных венах и почему поликарбонатная оболочка легко выдержит даже порез ножом. Я жадно смотрела и завидовала: не только лёгкому решению о покупке, но ещё и любовно гладящей живот руке, и ласково прижимающемуся к ноге пятилетнему телу, и другим отдельным фрагментам бесконечной мозаики семейного спокойствия. Взглядам, вздохам, словам.

Регина вернулась после долгого отсутствия, но я не заметила прошедшего времени.

— Мира Ивановна?

Я не говорила ей, как меня зовут, но система распознавания лиц для того и была нужна, чтобы никто не остался безымянным.

— Да, я, – шмыгнув носом, я подняла голову и наткнулась на сияющую улыбку.

— Если вы согласны забрать витринный образец, то мы укладываемся в ваш бюджет. Почти никаких отличий, но это положительно повлияет на ваш эко-индекс: меньше упаковки, меньше вероятность возврата, так как модель многократно проверялась в зале.

Я вновь обратила внимание на стандартную Нелли, на её белые глаза и сложенные в человеческом жесте руки за спиной. На заре развития искусственного интеллекта даже на изображениях нейросети прятали руки, чтобы они казались реалистичнее.

— Давайте витринную.

От облегчения я всхлипнула.

— Пройдёмте тогда оформим договор и проведем оплату, – любезно продолжила Регина, не заострив внимания на эмоциональном всплеске. Беременность, гормоны, – она бы мне всё простила, даже если бы я тут на банкетку обоссалась. Ну, с кем не бывает?

Я кое-как поднялась на ноги и вынула из кармана чуть испачканную кровью руку. До того крепко держалась за последнюю возможность, что сломала ноготь, пока сжимала накопитель с выплатой. Может быть, я не стану лучшей мамой для девочки внутри, но я смогу купить ей заботливую и во всём правильную няню, которая не навредит. И пусть робот не знает, что такое любовь, но наверняка сможет её показать, если последует программе.