Книга На чёрных крыльях феникс, страница 137 – Дэри Айронин

— За Суа?

— Боже, что за мужчина мне попался?! И сильный, и красивый, и смекалистый!

На мои хвалебные слова Минхо смущённо усмехнулся. Ну что за прелесть?!

— В общем, в игре есть правила. Одно из них было связано с поцелуями. Раньше я думала, что два поцелуя определяют любовную линию истории. Но если подумать, это странный критерий, правда? Почему именно два? Скорее всего, это было не про линию, а про чувства Суа. Она определялась с тем, кого любит, по второму поцелую.

— Получается, ты определяла многие действия за Суа?

— Да! И если хочешь знать, я влюбилась в тебя с первого взгляда. В той жизни я пыталась украсть каждый твой поцелуй, а в этой жизни мы поменялись местами.

— А твой мир, какой он?

Я рассказала Минхо всё, начиная с потери папы и жизни в том мире и заканчивая моим ужасом от внезапного переселения сюда. Его ласка меня успокаивала, когда под всплеском тяжёлых воспоминаний я вдруг начинала плакать. Мы болтали и кокетничали друг с другом до утра. И я почувствовала… облегчение?

— Холь! Уже рассвет? – изумилась я. – Чёрт, что сказать Бо Нгаи и остальным?

— Переезжай ко мне.

— ?

Минхо от моего шокированного вида усмехнулся.

— Если тебе так не нравится быть всегда у всех на виду, мой дом – лучшее место для тебя. И жить сможешь, как тебе будет удобно. Одеваться не как «капуста», спать, сколько захочешь, мыться хоть дважды в день.

— Соблазняешь?

— Слухи, правда, и так пойдут. Сама посуди. Ты исчезла с праздника и отсутствовала всю ночь. Почти наверняка кто-то увидит, как ты уходишь от меня. Если переедешь, в глазах других это будет более приемлемо. Тем более, у Бо Нгаи теперь тесно.

Слишком много всего «за» и слишком мало «против».

— Хорошо. И как мне теперь называть тебя? «Чаги»?

— Это тот, который тебе жизнь спас?

Чон всё никак не могла прийти в себя от удивления, после того как я вернулась к Бо Нгаи и сообщила, что переезжаю к Минхо. Старых лекарей моё заявление тоже ошарашило, но они быстро поняли, что да как, и с благословениями отпустили. Хорошо, что я отказалась от предложения Минхо и сама пошла собирать свои вещи. Так было правильнее. Как было бы неловко, если бы за меня пришёл Минхо – все бы сразу представили последствия нашей бурной ночи, из-за которых я не смогла явиться лично. Да и с Бо Нгаи и дедулей Сангхуном не хотелось поступать невежливо.

— Ну, я тоже ему жизнь спасала. Мы много всего пережили вместе.

— Я должна услышать эту историю!

— Как-нибудь обязательно расскажу. Она, правда, очень романтичная, – не без удовлетворения и гордости ответила я.

Из моих вещей тут были кёндэ с косметикой и украшениями, три комплекта ханбока, веер из пак дахл и веер пучхэ, несколько страшных рисунков и изображение корейской орхидеи. Хах, ну я собрала кое-какие пожитки в этом мире. Слуга Чон помог мне уложить всё. Получилось два сундука. Я вышла из ханока со свитком для Минхо подмышкой и замерла. Провожать меня за ограду собралась целая процессия! Даже Суюн присутствовал. Я как будто замуж выхожу! Встав в котсин с цветочной вышивкой, я быстренько просеменила по живому коридору к Минхо, перед которым слуга поставил мои сундуки. Кажется, я сошла с ума или кто-то внедрил в мои глаза розовый фильтр? Я не могла оторваться от Минхо. Где должна была в них быть вредность? Среди всей теплоты в этих миндальных глазах для дурного просто не было места. Минхо задорно улыбнулся и протянул мне руку. Я смущённо протянула свою лапку в ответ.