Книга Союз спасения Завтра, страница 26 – Юлия Фим, Дэри Айронин

— Невежливо отказываться от кимчхи, – пожурил Джуна Ён. – Родители не учили тебя вежливости?

— У меня нет родителей.

Ён кивнул, чувствуя внезапное единение с новым знакомым:

— У меня тоже.

Никто из них эту тему не продолжил, потому что о чём тут было говорить?

Бухнув кимчхи на багажник, Ён вдруг подумал, что, возможно, это его последний шанс прокатиться на велосипеде. Не всё же бояться. Да и развеять неловкую атмосферу хотелось.

— А знаешь, давай! Отвези меня!

Ён будет смотреть на цветы, крепко держаться за Джуна, волосы будут развеваться. Взяв кимчхи в руки, он уже перекинул ногу через багажник.

— Чхульбаль!

Глаза Джуна, казалось, ещё больше потемнели, с места он не сдвинулся. И тут Ён понял, кого тот ему напоминает. Хёнджу! У них был одинаковый взгляд: словно Ёна было проще не слушать, потому что он несёт какой-то бред.

Ён сдулся, закинул кимчхи в рюкзак в качестве компенсации и просто молча поплёлся за Джуном, про себя думая, что это самый неразговорчивый человек, которого он когда-либо видел. Абсолютно невежливый при этом, потому что Ён улыбнулся ему уже раз пятнадцать, а Джун ему пока ни разу.

Узкий переулок вывел к домику с каменной оградой повыше. Она казалась старой, словно пережила Чосон, местами даже разрушилась. Прямо из двора, гордо возвышаясь над оградой, росла хурма. Ён зашёл во двор вместе с Джуном. Пока тот припарковал велосипед, Ён окинул взглядом ханок^[21]. Домик, надо признаться, тоже прошёл весь Чосон, а то и больше. Какие-то корзинки громоздились у входа, пучки засохших трав облепляли дом, хозяйственные инструменты были разбросаны как попало. Ну, хотя бы фонари да вон табуретка были новыми. И, пожалуй, окна. Как раз когда Ён пытался различить в них внутренний интерьер, Джун бросил:

— Подожди здесь, – и скрылся внутри дома.

Джун вернулся быстро. Ён только и успел, что присесть на кушетку-пхёнсан^[22]. Джун протянул цветастую рубашку с гавайскими мотивами, и Ён не сумел скрыть разочарование. На что Джун незамедлительно ответил:

— Самое модное, что у меня есть. Чистое. Держи.

От гавайской рубашки пахло стиральным порошком. Но странным образом в ней Ён почувствовал себя как в шубе. Так и не ощутив гостеприимности Джуна, Ён оказался вновь за оградой. Ну, теперь хотя бы одетый. Они ещё не дошли до кандидата в Создатели номер один, а Ён уже чувствовал, что устал, даже не начав. Его непривычно клонило в сон и подташнивало, так что Ён и не заметил, как оказался в свете люминесцентных ламп на кушетке доктора. Может, он в самом деле теперь упал в обморок?

— Парень неважно выглядит. Тебя Ён зовут? Посмотри на меня.

Потенциальный Создатель светил в глаза фонариком, неприятно оттопыривая Ёну нижние веки. Не с того началось их знакомство, ох, не с того! Врач коснулся Ёна градусником, бросив: «зачётная рубашка».

— Джун, раз ты здесь, не мог бы заодно отнести эти таблетки господину У Рыку и проследить, чтобы он выпил их после обеда? Премного благодарю.

Ён засуетился. Если Джун будет кормить потенциального Создателя номер два, Ён просто обязан присутствовать и подать парочку пальчики-оближешь блюд. Но только Ён собрался вскочить, как пронырливый доктор придержал его и, забрав градусник, сообщил:

— Да у тебя температура под сорок! Что болит, малыш? Я вызову скорую из города.