Онлайн книга «Жестокая любовь»
|
Это… Катастрофа! Сжимаю кулаки. С наивной детской вере, что, если их держать, то пронесет. Рефлекторно. — Вызывай, — дает отмашку главный, и внутри все холодеет. Второй кивает и выходит, прижимая телефон к уху. — Пожалуйста, не надо. Начинаются крики. Суета. Все те, кого сгребли вместе со мной, резко поднимаются с пола, где раньше тихонько сидели, не шевелясь. — Арсеньев разберется. — Мы просто переедем в другое место… — Молчать! Рявкает этот главный и все затихает. — Я Арсеньева предупреждал. Теперь с ним разбирайтесь! А дальше… Дальше начинается просто полный ужас. Звуки сирен, внутри хаос и беготня. Двери слетают с петель. Явно ударом ноги. Даже, кажется, выстрелы слышны. Но я не уверена. Может, это мое разыгравшееся от страха воображение. — По очереди. На выход, — командует полицейский. Даже не понимаю, сколько их здесь. — И не дергаться! Закрываю голову руками. На чем свет стоит кляну себя за эту дурацкую идею лишиться невинности. Потому что иначе я бы здесь сейчас не была! — На выход. Рявкает полицейский раз за разом. Указывает пальцем на кого-то и тот послушно выходит. Люди, которые все это устроили, так и стоят у стен по всему кабинету. Главный расхаживает между «преступниками». Да, может они и виноваты! Но только не я! — Пожалуйста! Понятия не имею, как набираюсь смелости. Хватаю его за футболку, когда он проходит рядом со мной. — Пожалуйста! Я не с ними! Я понятия не имею, что здесь вообще происходит! Я в этом клубе в первый раз вообще! Мне нельзя в полицию! — Ага. Все вы здесь. В первый раз. Вообще. Случайно мимо проходили. — Нет! Я правда! Мне восемнадцать сегодня! Я отметить хотела… С подругой, и… — Ну вот и ответишь по полной программе, раз уже восемнадцать есть! Пора учиться взрослой жизни. И отвечать за то, что делаешь. — Нет! Пожалуйста! Я правда случайно здесь! — Правда? Он хмыкает. Резко опускается передо мной на корточки. Скользит черным тяжелым взглядом по лицу. Будто как рентгеном может понять, что у меня внутри. Правду я говорю, или вру сейчас. — Правда, — киваю, а на глазах слезы выступают. — Ты. На выход, — полицейский касается моего плеча. А я неотрывно смотрю в глаза этому главному. Вкладываю в свой взгляд столько мольбы, сколько могу. Умоляюще складываю руки перед собой. — Эта не в теме. Со мной пока пойдет, — его губы кривятся в какой-то странной, хищной улыбке. — Давай. Поднимайся, — сжимает пальцы на моем плече. — Или передумала, м? — Я тоже случайно! — В первый раз здесь вообще! Начинается визг. Крики. Просьбы. — Молчать! Рявкает так, что стены дрожать начинают. — Ты — за мной. Остальных пакуйте. Следую на ним, пригнув голову. Внутри всю трясет. А вдруг передумает, мамочки? Он проходит в распахнутые створки шкафа за столом. Там оказывается еще одна комната. Переступаю порог, и… Тут же оказываюсь прижатой мощным телом к стене. — И чем ты со мной расплатишься за такое удовольствие? Не провести ночь в обезьяннике, м? 7 — Расплачиваться? Эммммм…. У меня подкашиваются ноги. От стресса, который сейчас накрывает выше головы. Начинается откат. Чувствую себя так, как будто все кости из тела вынули. Но… Не только поэтому! А еще потому, что…. Боже! Это же ОН! Герман! То ли нервы играют со мной дурацкую шутку. К ним еще и прибавляется полумрак. |