Книга Измена. Всё, что от нас осталось, страница 53 – Тина Джель

Прикрываю его аккуратно, взгляд на часы кидаю: ещё тридцать минут интенсивной ходьбы, и домой.

— Привет! — слышится негромкое за спиной. Замираю. Чудом не вздрагиваю.

Сразу поняла кого это принесла нелёгкая. Вот никогда голоса её не слышала, но именно таким я его себе представляла всегда: гнусавым и противным.

Разворачиваюсь к ней лицом, интуитивно прикрывая собой коляску. Не хочу, чтобы она его видела.

Стою. Рассматриваю её нагло. Она тоже меня рассматривает. Улыбается мне вполне приветливо. Рита рассказывала, что раньше у неё клыки торчали и она особо широко не улыбалась, но сейчас с улыбкой её всё в порядке. Белоснежные, идеально ровные зубки, сверкают своей идеальной белизной на ярком, весеннем солнышке. Её маленькое, аккуратное личико украшает идеальный носик. И вся она тоже идеальная, не только носик: тоненькая, хрупкая, воздушная. В идеальном лёгком пальто накинутом на идеально белую рубашку. На плече её висит сумка идеального размера: не большая и не маленькая. На голове идеально уложенные белобрысые волосы. Модель — ни дать ни взять.

Её идеальность начинает меня бесить нереально.

Может. потому что я тут перед ней стою, вот совсем не идеальная: в спортивном костюме и наспех забранными, в неидеальный хвост, отросшими волосами.

— Красивый носик, — первой прерываю наши гляделки...

Она хмыкает незлобно:

— Нина, я не ругаться к тебе пришла, наоборот, — мурлычет ласково.

— Подружиться хочешь со мной? — вытаращила я показательно глаза.

— Ну почему бы и нет, — пожимает плечами. — Вы, насколько я знаю, развелись с Кохом. — Наклоняет она идеальную головку, чуть на бок. — Показать тебе кое что хочу, — телефон достаёт.

Хочу её послать, но любопытный нос тянется к экрану её телефона.

— Это кто? — спрашиваю, нагло выхватывая телефон из её рук, чтобы лучше рассмотреть фотографии на экране. — Твоя дочь? — высказываю предположение, хотя верится в это с трудом.

Вернее, совсем не верится.

Уж слишком эта девочка похожа на Коха...

— Нет, это внебрачный ребёнок твоего мужа, — охотно помогает она мне. — Ты знала о ней?

Быстро перелистываю фотографии, всё ещё не веря своим глазам. Сердце начинает бешено колотиться в груди, отдаваясь дрожью в пальцах. Сую телефон ей в руки:

— Это твои проблемы, мы развелись, — голос подрагивает.

Разворачиваюсь и толкаю коляску по дорожке, от неё подальше. Не хочу, чтобы она заметила моё волнение.

— Нина, но он живёт с тобой, — возмущённо кричит она мне в спину, цокая за спиной своими идеальными каблучками.

— Это тоже твои проблемы Анжел, нам пора, — прибавляю шаг.

* * *

Я почти бегу, толкая перед собой коляску. Ручка коляски подёргивается в моих руках, реагируя на неровности дороги, но я этого не замечаю.

В такие минуты тебе больно. Больно снаружи и внутри.

Ноги едва держат, но голова ясная.

Сколько лет этой девочке?

Тринадцать, четырнадцать, судя по фотографии.

Кох прижил ребёнка, когда у нас всё ещё было хорошо?

Становится жарко. Куртку расстёгиваю.

Дёмка начинает ворочаться, похныкивать, почувствовав моё поганое настроение.

Хватаю его на руки и бегу вместе с ним, одной рукой толкая пустую коляску. Около подъезда сосед с верхнего этажа стоит. Киваю ему растеряно. Не до него. Он, не спрашивая ничего, подхватывает мою коляску, что-то говорить мне начинает. Я не слышу его. Только улыбаюсь по-идиотски и мечтаю уже зайти в квартиру. Закрыться изнутри. Спрятаться от всех.