Книга Развод. Я все еще люблю, страница 18 – Евгения Вечер

— Знаю, — потираю лоб ладонью.

Я не хочу терять ее. Надя это именно та женщина, с которой я впервые в жизни почувствовал себя мужчиной. Сильным, отважным, готовым выгрызать зубами место под солнцем для нашей семьи.

Она сделала для моего успеха все, что зависело от нее.

Но полюбил я ее всей душой не за это.

— Нужно что-то решать, Дмитрий Романович! Нельзя так просто все пустить на произвол! Вы же с Надеждой Михалной десять лет в браке… какой теперь развод? Так ведь нельзя! — Грач, действительно, взвинченный.

Ему прямо на месте спокойно не сидится, и он ерзает на кресле, как будто у него шило в заднице.

— Я разведусь с ней, если она хочет. Отдам ей все, что попросит. Нужно подождать. Надя остынет. И тогда я начну действовать.

— Что вы задумали?

— Буду ухаживать за ней. Как будто только познакомились. Я добьюсь ее второй раз.

Вчера я получил Надины документы о разводе. Сказать, что я был в шоке — ничего не сказать.

Моя жена не сделала бы этого так поспешно. Я четко понимаю, что на этот шаг ее толкнула Катя.

Две сестры, а разные как романтичный джаз и лютый рок.

Надя милая, нежная, ранимая, спокойная. Катя полная ее противоположность. Домашняя ромашка и гитлер в юбке. И я уверен, что они обе пойдут на меня войной, будут стараться отжать как можно больше имущества и, возможно, часть бизнеса. Но я уже решил, что все отдам.

Пусть берут.

Мне для Нади не жалко.

Мой успех — ее заслуга.

Тем более я виноват перед ней. Я изменил. И это не просто стечение обстоятельств и возбудитель в кофе. Я бы мог сдержаться. Я отдавал себе отчет о своих действиях.

Но мне так дико хотелось спустить нужду, что я ничего лучше не придумал, как наброситься на малолетку.

Я знал, что это неправильно. Понимал, что этот поступок может разрушить мою семью.

Я понадеялся, что Надя не узнает.

Поступил, как сволочь.

И я даже рад, что измена вскрылась так стремительно.

Как бы я смотрел в чисто голубые любящие глаза жены после своего подлого поступка? Да меня бы совесть изглодала до костей. Все мясо бы объела. Я все равно не смог бы жить с мыслью, что предал…

Официантка приносит наши заказы.

— Я тут подумал, — гаркает Грач, уложив локти на стол. — Вы все правильно делаете. Нужно Надежду Михалну подкупить. И если нужна будет помощь, вы обращайтесь. Мы же друзья.

Помощь от Кости, действительно, будет нужна.

— Пойдем вместе, — Катя тянет меня за собой в кабинет УЗИ, а у меня голова сильно кружится и ноги ватные.

Торможу, и слезы прыскают из глаз.

— Кать, страшно.

— Ну, чего ты? Надя, мы беременные, нужно посмотреть, все ли в порядке с нашими детьми!

Сестра просто помешалась на этих беременностях. Вчера она вытащила со шкафа коробку с малышковой одеждой Аси и показывала ее мне. Обещала, что если у меня будет девочка, то подарит парочку розовых бодиков, которые ее дочка ни разу не носила. А вещи все крохотные. Как на куклу.

А позавчера затащила меня в детский магазин и заставила купить пеленки со смешными сонными мишками и котятами в желтых колпаках. Настаивала еще на покупке коляски, но я соврала, что у меня нет с собой таких денег.

Я до сих пор не верю, что по-настоящему беременна. Это кажется какой-то злой шуткой или сбоем теста.

— Надя, пойдем, тут все по записи. Время упустим, и нас не примут! — настойчивее хватает меня за плечо и открывает дверь в кабинет.