Онлайн книга «До звезды на ёлку»
|
Была только Алина. Она до сих пор есть. Иногда встречаемся, спим и расходимся… Дал, блядь, пососать! А очко тогда почему горит? Направив струю холодной воды себе в зад, посмотрел вниз, где в воронке кружилась краснота. Пригляделся и понял, что там кружатся мелкие-мелкие хлопья. Как если бы это был… — Перец, блядь! — вскрикнул я одномоментно с большим облегчением и с огромной злостью. Выскочил из душа, завернул бёдра в полотенце и, топая от кипящей в крови злости, наверное, на весь дом, зашёл в зал, где Люд-мать-её-мила сразу проснулась, встрепенулась и села. Включил свет и увидел, с каким страхом она смотрит на меня, сжимая в кулачках плед, под которым спала. Это хорошо, что она не забыла, как меня бояться. — Ты охренела?! — рыкнул я, нависнув над ней. — Какого хрена в моих трусах делает перец? — А, это? — она облегченно выдохнула и заметно расслабилась, сразу завалившись обратно головой на подушку. — Это аналити. — Чего, бля?! — В «Мортал Комбат» играл хоть раз? Там есть фаталити, а я сделала тебе аналити. Задница же горит? — А яйца с членом какого хрена горят? — Ну, переборщила малясь, — она с легкостью пожала плечами, которые тут же спрятала под пледом, устраиваясь поудобнее, чтобы вновь уснуть. — И, кстати, эту диверсию я устроила, когда думала, что ты враг. Я защищалась. Если тебе станет легче, то я извиняюсь. — Извиняется она! — бросил я нервно и вышел из зала, выключив на ходу свет. — У меня горит, блядь, всё, а она извиняется! — Молоком промой! Должно помочь, — кричала Люд-мать-её-мила из зала. — И остальные трусы, кстати, лучше постирай. Хотел крикнуть ей пару ласковых, но сейчас было не до этого. Влетел в кухню, достал из холодильника молоко и вместе с ним забрался в душевую кабинку. Ещё никогда я не купал свои яйца в молоке. — Ты как там, Клеопатра? — услышал я за дверью. — Уже легче? Я убью её! Глава 8. Рамзин После купания в молоке гореть стало меньше, но будто только на время. Буквально через десять минут под полотенцем вновь начался пожар. Молоко кончилось. В квартире не было вообще никакой молочки. Покемона в магазин не пнёшь — опасно. Да и отвечаю я за неё. Пришлось собираться и идти самому. Раньше в магазине у дома продавщица строила мне глазки и ненавязчиво интересовалась, свободен ли я. А сегодня, пока я при ней раз двести почесал жопу и яйца, едва выдержав очередь в два человека, она даже не улыбнулась мне. Да и я не был расположен к флирту. Поискал в интернете и помимо десяти литров молока купил ещё сметану, йогурт и бутылку оливкового масла, которого в моей квартире отродясь не было. Поспешил домой, чтобы скорее забраться в ванну со всем тем, что должно спасти моё горящее… всё! На улице, к слову, был мороз под тридцатку и дул ветер, отчего в районе ширинки, где не было трусов, становилось значительно легче. Я даже шаг чуть замедлил, подходя к дому. В квартире меня ждал Кокос, который обрадовался количеству молока, что я принёс. Но быстро разочаровался, когда я со всем этим молоком закрылся в ванной. Сквозь собственные болезненные стоны и желание расплакаться услышал, как на кухне запиликала стиральная машинка. Не понял… — Я постирала твои трусы! — услышал я крик малой за дверью. — Все. Сам развесишь? — Я тебе голову отверну и развешу! — рыкнул я. |