Книга Развод. А была ли месть?, страница 61 – Дора Шабанн

— А что ты хотел, Костя? Как давно ты занимался собой и своим здоровьем? Все только чужие проблемы решаешь… — хмыкнул, понимая, что вообще и не отдыхал в последние дни.

Раньше-то за курсами витаминов, диспансеризацией и осмотрами нужных спецов следила жена, да. А сейчас у него все время — какой-то нервный, пустой движ и утомительная суета вокруг.

Был бы более мнительным, решил бы, что реально — прокляли.

Нет, если так рассуждать, то понятно, что это все — дело рук бывшей. Но думать о проклятии всерьез не хотелось.

Только про церковь снова мелькнула мысль:

— Точно надо сходить. Вон, около клиники есть часовня. Зайду, когда к матери поеду завтра.

Однако мысль о мистике крепко засела в голове и очень быстро нашла подтверждение в реальности: несколько следующих отказов в крупных, денежных проектах оказались шиты белыми нитками и откровенно притянуты за уши.

А его головные боли без причины и общее разбитое состояние, так же как и резко ухудшившееся здоровье матери, из-за чего он в очередной раз не добрался до церквушки, вскоре подтвердили: все, что было сказано нищей предсказательницей на кладбище — правда.

И что делать с этим потусторонним выбрыком реальности было непонятно.

Ну, он же нормальный человек и во всю эту паранормальную муру не верил. Но жизнь постоянно подкидывала мелкие штрихи в общую картину…

— Ты, Костян, был неправ, — хмыкнул вечером за бокалом бренди в одном из закрытых клубов давний приятель. — Карельский спустил указание: при возможности давить, зажимать и не пущать. Так что извини, связываться с ним — желающих нет. Хоть и невелик авторитет, но связи имеются, и крови попортить может много.

Да вот же оно!

Бывший тесть затаил обиду и гадит исподтишка, а Натали, ведьма старая, прокляла уж от души. Теперь все четко сходится, да.

— Не будет тебе на Северо-Западе места и покоя, Костя. Зря ты развелся, да еще с таким шумом, — подтвердил все его смутные подозрения глава Регионального онкоцентра, куда пришел уже от полного отсутствия годных коммерческих вариантов.

Про себя скривился и откровенно хмыкнул:

— Ну, как бы да, ведь столько лет нормально у них с Натали все было. Нормально. Но обратно уже ничего не вернуть. Так что поздно пить «Боржоми», когда почки отвалились.

Домой возвращался злой, усталый, с дико раскалывающейся головой.

— Как-то рано и внезапно стал ты, Константин Станиславович, метеозависимым и узнал, что такое мигрени, — грустно отметил, подходя к парадной.

А в почтовом ящике вдруг нашлись тринадцать дохлых, мелких рыбешек.

— Фу, какая дрянь! — от души выругался, выгребая этот отвратительный сюрприз со дна и выбрасывая в ближайший мусорный контейнер. — Не думал, что Натали опустится до таких дешевых трюков, чтобы припугнуть… Раньше она была умнее.

Вдобавок, вероятно, на рыбью чешую у него началась аллергия, так что через час руки покраснели и покрылись волдырями. Пришлось пить таблетки и мазать специальным средством и пальцы, и ладони.

Отключился сразу, только лекарства подействовали, так устал.

Обстоятельно подумать о сложившейся вокруг ситуации удалось лишь на следующий день в полдень, когда смог подняться с постели и привести себя в относительный порядок.

Покрутив в голове все недавние события, понял, что придется вернуться к воспоминаниям о том дне, который вроде и оказался триумфом, но в «исторической перспективе» стал натуральным «началом конца». Хотелось бы верить, что не бесповоротного.