Книга Развод. А была ли месть?, страница 53 – Дора Шабанн

Все же уровень запросов, потребности, обстоятельства диктуют свое. Да.

Деловые обеды и ужины шли чередой, бывшие коллеги, партнеры или знакомые широко улыбались, ели и пили с удовольствием, особенно за его счет.

Но толку не было.

Никак.

Только раз, кажется, проскочило, что семейный статус для высоких должностей важен. Но не могло же быть так, что из-за развода он «выпал из обоймы»?

— Костя, ты давно у меня не был, сын, — внезапно обнаружилась в телефоне матушка.

— Ты знаешь, я сейчас занят переездом, делами и рабочими встречами, — буркнул недовольно и, естественно, тут же получил порцию причитаний на тему: «кому мать старая нужна».

Отвратительно.

— Мам, я заказал тебе на следующую неделю и уборку, и еды. Ты, пожалуйста, себя побереги. Кровь все же не очень хорошая была в прошлый раз, — постарался переключить мать, но не слишком удачно.

Она запричитала:

— Да что же я, развалина какая? У себя не приберусь? Да я дома сиднем сижу, никуда, кроме парка и больницы, не хожу… а могу и в магазин дойти.

Только этого не хватало!

— Я тебя прошу, мама, не надо самодеятельности. Вот когда врач разрешит длительные прогулки, ношение тяжестей, тогда и обсудим, — как же это трудно, говорить с тем, кто тебя не слышит.

И не хочет. Ни слышать, ни понимать.

Вспомнил, как год назад, сидя в Комарово в ресторанчике на заливе, с науч. руком обсуждали ближайшее будущее науки, общества, страны, города.

И было все четко, ясно и понятно.

Правильно было.

Почему же все сбилось?

А на следующий день, получив по почте очередной отказ от крупной сети клиник, психанул. Да так, что вылетел из нового своего обиталища чуть ли не на «первой космической». И как-то так вышло, что через пару часов обнаружил себя под низким, мрачным и тяжелым северным небом у места последнего пристанища дорогого наставника.

— Как так вышло? Почему? Ведь все было готово? — опустился на мокрую от дождя скамью, мрачно выговаривая свои претензии фотографии. — А вы? Зачем ушли так рано? На кого нас бросили?

Было горько и обидно.

Почему-то почувствовал себя снова маленьким, в той поре, когда регулярно отхватывал за зубодробительную фамилию, старые одежду и обувь, ну, и за беспримерную наглость тоже.

Даже не удивился, когда из боковой аллеи, неожиданно вышла одна из местных нищенок, обитающих при часовне. Зато первые ее слова заставили не просто вздрогнуть, но и вскочить на ноги:

— Проклят ты. Женщиной, — эта серая, полупрозрачная особа неопределенного возраста словно присматривалась к нему. — Обижена была сильно. Оттого все у тебя наперекосяк.

Ему бы засмеяться, отмахнуться, обругать ее.

А язык словно отнялся, в груди похолодело, а вот волосы по всему кожному покрову встали дыбом.

Между тем эта псевдо-ясновидящая обошла его кругом два раза, кивнула чему-то непонятному, а потом, уже сворачивая в аллею, ведущую на выход, бросила:

— Смерть с тобой рядом ходит. В церковь тебе надо.

И ушла.

А он стоял, дурак дураком, и с места двинуться не мог еще минут десять.

И что? Из-за такой глупости, нелепицы, бреда, в церковь бежать?

Да, сейчас!

'Не смотрите наверх, там звёзды

Вас магнитом к себе потянут

Навсегда западут вам в душу

И останутся там навек

Не смотрите, ещё не поздно

Вам остаться просто друзьями