Книга Развод. 10 лет за измену, страница 17 – Ольга Гольдфайн

— Так, всё! — жестко обрываю. — Пусть Алёнка у вас поживет несколько дней. У меня на работе сейчас завал, парни в отпуска уходят, график трещит по швам. Плюс с машиной надо что-то решать, со страховкой разбираться. Мне за ребенком смотреть некогда.

Мать недовольно поджимает губы, но смягчается, глядя на внучку, которая стоит опустив голову и прижимая к себе рюкзачок.

— Ладно, ладно, иди уж. А мы тут с внучечкой пока мультики посмотрим. Да, Алёнушка?

Дочь шмыгает носом и поднимает на меня огромные, испуганные глаза.

— Папа… а где мама? Я к маме хочу, — тоненько канючит, дергая лямку детского рюкзака.

Я присаживаюсь перед ней на корточки, натягивая на лицо дежурную улыбку.

— Мама заболела, котенок. Поживи пока у бабушки с дедушкой, хорошо? Побудь умницей.

Дочка кривит губы, собираясь заплакать, но тут вмешивается мать.

— Алёнка, ну-ка не капризничай! — строго выговаривает, перехватывая инициативу. — Дедушка сегодня на рыбалку ушел. Принесет тебе живого карасика! Хочешь? Нальем в большую стеклянную банку воды, и будет у тебя своя Золотая Рыбка. Та самая, из сказки, которая желания исполняет!

Глаза ребенка мгновенно высыхают. Алёнка радостно хлопает в ладоши, забыв про слезы.

— Баба! Я тогда попрошу рыбку, чтобы мама скорее за мной приехала!

Лицо Александры Сергеевны каменеет. Она гладит внучку по голове и капает ядом:

— Да что хочешь проси у рыбки, золотце. Только мама твоя… Мама сейчас занята своими делами. Ей не до тебя, деточка. Не нужна ты ей сейчас.

Резко выпрямляюсь и бросаю на мать тяжелый, предупреждающий взгляд.

Я прекрасно знаю, что Александра Сергеевна при любой возможности говорит внучке про Лену гадости. А теперь, когда жена в больнице, она уж точно не упустит шанса донести до малышки, какая у нее никудышная мать.

Но вступать в ссору с матерью не спешу. Она и взбрыкнуть может, куда мне тогда дочь деть?

Чтобы разгрести свои проблемы нужно время и свободные руки. И если Алёнка посидит на даче несколько дней — ничего страшного с ней не случится.

— Ладно, я поехал, — бросаю, разворачиваясь к двери. — Звони, если что.

Выхожу из дома и достаю телефон, чтобы позвонить своему другу — Сашке Митрохину. У него три тачки на ходу, парень с ума по машинам сходит. Покупает за копейки разбитые в хлам и восстанавливает, а потом продает. Попрошу у него на пару недель покататься какую-нибудь машинку.

И я даже не предполагаю, какой сюрприз ждет меня вечером дома…

Самая фатальная ошибка хищника — до последнего верить,

что жертва навсегда останется травоядной…

Руслан

До глубокой ночи я, как проклятый, езжу по городу на видавшем виды Логане.

Мой друг и по совместительству владелец автосервиса Сашка Митрохин предложил на выбор две тачки: старенькое Рено или Фольксваген Гетц. В салон Гетца с моими габаритами даже дышать было трудно, слишком там тесно, колени руль подпирают.

Пришлось взять этот скрипучий Логан, провонявший дешевым пластиком и чужими сигаретами. Контраст с моим разбитым внедорожником просто убивает.

В половине первого ночи наконец-то добираюсь домой. Вымотанный, злой, с гудящей головой и урчащим от голода желудком.

Открываю дверь в квартиру, делаю шаг вперед в кромешную темноту, привычно шаря по стене рукой в поисках выключателя, и едва не падаю на пол, больно споткнувшись обо что-то массивное.