Книга Солёный зефир, страница 37 – Даша Art

Склоняю голову еще ниже, вдавливаюсь в женское тело. Рот устремился к её губам, собираясь дать мне желаемое…

Маша

— Не надо, — тихий стон вырывается из моего горла, когда я отворачиваюсь.

Я видела его губы, знала, что он хотел меня поцеловать. Это пытка. Изощренная, одурманивающая, влекущая.

Так легко было позволить этому случиться. Поцелуй с ним вскружит голову, будет сладким, немного терпким, но нежным и дрожью сотрясёт моё тело. Бабочки оживут в груди. Они подхватят сердце удивительно сильными крыльями, закружат его в безумном хороводе, но не продержат долго.

Ничего не вечно. Оно упадет. Не разобьётся, нет. Станет помятым, словно раздавленный зефир. На асфальте останется алый след крови. Будет больно. Опять. И опять. Пока я не пойму простую истину: люди не меняются.

Ты можешь попытаться изменить себя в угоду другим, искромсать свой скелет, подгоняя под стандарты — всё впустую. Окружающие останутся прежними, и относиться они к тебе будут так же, как и всегда. Ни больше ни меньше.

А Игнат… Теперь он встречается с Мари. Не мой, да и никогда не был моим. Хотя, возможно, в тот час, который мы провели вместе.

Одергиваю себя.

Нет, тогда тоже не был. Просто пьяный мальчишка, случайно заскучавший на вечеринке.

— Ничего и не собирался. Больно нужно. — Игнат поднимается на ноги, оставив меня на полу в одиночестве. Пусть так. Не лишнее напоминание об ошибке. — Не напридумывай себе.

Когда я не отвечаю, парень отворачивается, чтобы отряхнуть свои спортивные брюки и худи. Я же даже не пытаюсь выглядеть грациозной, соскребая себя с пола. Провожу вспотевшими ладонями по мятой юбке и жакету, смахиваю мусор, поправляю галстук.

— Так, — парень прочищает горло, — и что теперь?

Поджимаю губы. Я не собираюсь сдаваться. Раз уж есть вероятность, что меня раскроют, то хотя бы не напрасно.

— Ты можешь идти, — уповаю всем богам, чтобы голос прозвучал спокойно и ровно.

Вместо того чтобы выйти из кабинета, как думала я, Игнат скрестил руки на груди и недоверчиво уставился на меня.

— А ты чем будешь здесь заниматься?

Глубоко вдыхаю, чтобы собраться с мыслями и выстроить систему действий.

— Тебя это не касается.

Первым делом надо найти ключ. Я выронила его, оказавшись на полу.

— Еще как касается, — не сдаётся парень, — ведь я попал сюда по твоей вине.

Тянусь к рюкзаку, чтобы достать телефон. Действия помогают мне отвлечься. Словно я разговариваю вовсе не с Игнатом Войтовичем, капитаном баскетбольной команды, моей первой неразделенной любовью. Это не нас с ним только что едва не застали в очень сомнительном положении. Своеобразная игра в отрицании и методичное выполнение задач нежданно помогает мне говорить без волнения и эмоциональной путаницы в голове.

— Неправда, — качаю головой, удобно обхватывая смартфон, включаю фонарик, чтобы осветить пол. — Это исключительно твоя вина. Мог бы и мимо пройти.

— Ты вела себя подозрительно. Я решил проверить.

— Проверил? Уходи.

Просматриваю пол, наклоняясь ниже. Его явно удивляет моя нарочитая небрежность по отношению к нему.

— С чего это ты меня гонишь? Я тебе помог.

— Ты мне мешаешь. Если бы не напугал, то помощь вообще бы не понадобилась.

— Что ты делаешь?

Радуюсь, увидев ключ, но когда приближаюсь, чтобы поднять, большая мужская рука выхватывает его прямо из-под моего носа.