Книга Опекун для хулиганки, страница 47 – Диана Фад

— Ну да, вспоминает, — согласилась я. — Только тебе не кажется, что здесь радости намного меньше, чем трагизма?

— Ну что ты, мама всегда так, — встает на защиту матери Вася. — Вначале сердится, а потом делает, как я хочу.

— Хорошо… — задумчиво оглядываюсь на входную дверь в клинику, где остался мой опекун. — Приходи-ка ты сегодня с мамой к нам на ужин. Я тебя познакомлю со своим опекуном, представлю как жениха, а там будет видно.

— О, конечно, — обрадовался Вася. — Мы с мамой будем обязательно, скидывай адрес.

— Кольцо не забудь, — ворчу я. — Помолвочное.

— Не забуду!

Дома встаю посреди гостиной, где мы так и не начали делать ремонт. Все купленное лежит на полу в углу, бетонный пол в следах Баси. Привести сюда будущую свекровь не очень хорошая идея, но, а что делать? Придется принимать гостей так. А главное, и мебель для гостиной стоит упакованной грудой в большой прихожей, как только входишь в дом. Так и скажу, ремонт у нас, что тут такого?

Начинаю убираться, даже вешаю занавески на кухне, присобачив строительным степлером прямо к стене. Натяжной потолок на кухне есть, и карниз пластиковый приделан, но нет крючков. Поэтому приходится измудряться. Мою полы, вытираю пыль, чищу плиту. Помимо этого думаю, что приготовить. Повар из меня так себе, одни блинчики хорошо получаются. Но я же могу какой-то салатик в интернете посмотреть, верно?

К приходу Васи стол накрыт из того, что было. Блины с мясным фаршем, блины с сыром, блины с икрой и салат со свеклой и чесноком. Оглядываю свое кулинарное произведение и ужасно довольная собой бегу переодеваться. Платье у меня всего одно и довольно приличное, если не поворачиваться спиной. Темно-синий шелк длиной до колен, без рукавов, а спина открытая по самое не хочу. Я бы его не надела, но из вариантов только джинсы и футболка.

Вася отписался, что уже едут с мамой и купили торт, а я спускаюсь на кухню, выпускаю Басю во двор погулять. Замечаю, что в ворота въезжает машина опекуна и нервно одергиваю платье. Что-то у меня такое предчувствие, что чесаться начинаю на нервной почве.

Дядя Жека идет к дому с пакетом и хмурится, оглядывая меня с головы до ног.

— А на улице не слишком жарко для такого платья? — бросает мне, протискиваясь мимо меня в дом. — Меня не обязательно встречать при полном параде.

— Это не для тебя, — фыркаю в ответ. — Сейчас мой жених с мамой приедет.

Гордо вскидываю кверху нос и смотрю на опекуна.

— Мне вообще-то предложили замуж выйти, и я согласилась.

— Даже уточнять не буду, кто предложил эту идею первой, — фыркает дядя Жека. — И кто этот несчастный?

— Скоро узнаешь.

— Нет уж, я пас, буду у себя в комнате, — скидывает ботинки опекун и, сняв куртку, направляется к лестнице, но тормозит у входа в кухню. — А там что, еда?

— Ага, но она для тех, кто будет ужинать с гостями.

Опекун шевелит бровями, почесывает бороду, но делает шаг в сторону кухни.

— Посижу немного с вами, а то вдруг жених какой плюгавый попадется.

— Вот и посиди, — довольно потираю лапки и бегу открывать ворота, куда вскоре въезжает большая белая БМВ.

— Эти что ли свататься приехали? — появляется рядом со мной опекун с блинчиком в руке. — А блины еще есть?

— В смысле⁈ — пугаюсь я, а опекун хмыкает.

Не знаю, что делать, бежать проверять наличие на столе блинов или встречать гостей. Решаю, что гости важнее, поэтому строго смотрю на дядю Жеку и открываю дверь в дом. Вася с мамой переступают порог с разным выражением на лице. Василий сегодня в темном костюме и белой рубашке, в руках букет из белых роз. На плечи накинуто пальто. Мама Василия в белой норковой шубе до пят. На губах алая помада, а губы сердито сжаты, словно тонкие красные ниточки. Смотрит почему-то не на меня, а на дядю Жеку.