Книга Опасный Kiss клиент, страница 31 – Дарина Вэб

— Другого бюджета не будет, так что либо вы согласны, либо я ищу других исполнителей. Но сами понимаете, больше вы ни одного тендера не выиграете. — отвечает самоуверенно.

Так-так-тааак! А это уже интересно. Навостряю уши, отрезаю кусочек мяска и кладу в рот, как леди. Но, твою мать, он прям тает во рту. Я прикрываю глаза и смакую нежность божественного кусочка.

— Изначально был заявлен другой бюджет, на него мы и рассчитывали, делая проект. По факту теперь и проект не поменять, и работать мы будем себе в убыток. — начал играть в открытую воробушек.

— А вы как думали? Это не частный проект, в котором можно обговорить бюджет. Деньги выделили из бюджета города, можно сказать, вырвали из казны. Довольствуйтесь тем, что есть. — потирает своё поросячье пузико. — Как вариант, удешевить материалы. Ни мне вас учить. — намекает на не законные действия, которые могут привести к трагедии.

Повисла тишина, воробушек с Прохором затихли, переглядываясь. А я! А что я? Я за справедливость и меня прорвало!

— Сергей, а где остальные денежки? — стрельнула в него глазами, поедая салатик.

— Какие денежки? — спохватился он.

— Которые изначально были заявлены. — старалась смягчить тон я.

— Это от меня не зависит. — забегал он глазками. — И вообще, молодая леди, вам зачем это? — пытается увести меня от разговора.

— Мне? Вообще пофиг! Просто не справедливо как-то. Обманули честных бизнесменов, заставили их раскошелиться. Ещё и под статью подводите. Не хорошо как-то. — пытаюсь угомонить себя, но плохо получается.

— Всё! Мне пора. Неделя на размышления у вас есть. — и быстро удалился, поросёночек.

— Какого хрена ты лезешь не в свои дела? — дёрнулся Прохор. — Вован, какого хрена баба на важной встрече? Мы бы могли его напоить и выудить информацию!

— Я не баба! — кидаю вилку с ножом в тарелку.

Грохот на всю комнату. Я со злости подскакиваю с места. Ну выбесил, честное слово!

— Баба! По-другому не назовёшь! Ещё и рот открывает. Вован, угомони свою ненормальную! — пялится на воробушка, когда я хватаю нож со стола и со всей дури втыкаю в кусок мяса.

Воробушек ржёт, наблюдая за нами:

— Так ты поуважительнее, а то и пером в ребро пролетит.

— Слушайте! А вы не охренели? А? Почему я должна всё это выслушивать? Я, конечно, понимаю, что невольница на данный момент, но оскорблять себя не позволю! Понял, Александр Прохоров! Сукин сын, беспредельщик и торгаш наркотой! — ну это просто гордость взыграла и пофиг мне, что меня вздёрнут на первом попавшемся суку, пусть знает, с кем разговаривает, говнюк!

— Чего? — сквасил мордашку этот недотёпа.

Сима (Kiss)

— Того! — дёргаюсь я, понимая, что сама себя сдала. — Сима (Kiss) знакома твоей чёрной душонке?

Он хмурится, вглядывается в меня:

— Не понял! А я думаю, на кого ты похожа! — шипит как змея, смотрит как удав, готов заглотить и не подавиться. — Ах, ты, сука! — через стол тянет ко мне свои ручонки.

Задушить вздумал, упырь!

Глаза кровью налились! Накуси-выкуси! Понял, с кем дело имеет. А ж загордилась своей славой.

— Воу! Воу! Воу! — подрывается с места воробушек, крылья свои между нами кидает. — Прохор, угомонись! — рявкает на него. — А ты! — смотрит на меня с упрёком. — Язык свой прикуси! Достали оба! Кровопролитие не позволю! — смотрит на нож, воткнутый в мясо. — И душить никого не надо! — командует, как в детском саду. — Сели! Оба! — крикнул на нас.