Книга Ты моя тайна. Муж моей сестры, страница 61 – Таня Ульянова

Мать открыла дверь почти сразу. Постаревшая, уставшая, с потухшим взглядом — болезнь папы совсем подорвала ее. И от этой картины, моё сердце обливалось кровью.

— Проходите, — сказала она сдержанно, но, увидев Алису, замерла. — А это…?

Повисла пауза. Напряженная. Пугающая. Для полной нагнетающей страх обстановки, не хватало только напряженной музыки, предвещающей беду. Сердце бешено колотилось в груди, от волнения, и страха дальнейшей реакции мамы.

— Мама, — я глубоко вдохнула, смотря на нее. — Нам нужно поговорить. Это важно.

Мама кивнула, вежливо приглашая нас на кухню. Переглянувшись с Игорем, я нервно сглотнула, и взяв Алиску за руку прошла на кухню. Здесь всё было почти как прежде. Только вот теперь меня здесь не было.

Мы сели за стол. Алиса устроилась рядом с Игорем, доверчиво положив ладошку ему на руку. Этот жест не укрылся от взгляда матери.

Пока мама делала всем чай, я начала говорить. Сначала тихо, сбивчиво, потом — всё увереннее. Я рассказала всё. Всё как было на самом деле. Всё что столько лет держала в себе, и боялась открыть. С первой встречи. С тех взглядов. С поцелуя. С той ночи. С беременности. С решением уехать. С рождением Алисы. С годами молчания, страха и одиночества, даже не пытаясь сдержать слёзы.

Игорь не перебивал. Лишь иногда добавлял несколько слов — спокойно, честно, без оправданий. Всё это время, он крепко держал меня за руку, явно не собираясь отпускать.

В комнате стояла тишина. Такая плотная, что казалось — если вдохнуть слишком резко, она разобьётся.

Мать долго молчала. Очень долго. Смотрела то на меня, то на Игоря, то на Алису. Потом медленно поднялась, подошла к нашей девочке и присела перед ней на корточки.

— Как тебя зовут, солнышко? — голос матери дрогнул.

— Алиса, — улыбнулась моя девочка.

Мама закрыла глаза. Слёзы покатились по щекам — впервые за долгое время. Не сдерживаемые. Настоящие. От этой картины, у меня всё болезненно сжалось внутри, и я уже тоже не могла сдержать слез.

— Пять лет… — прошептала она, подняв на меня заплаканные глаза. — Пять лет ты всё это несла одна… Господи…

Она поднялась и посмотрела на меня. В её взгляде больше не было обвинения. Только боль. И сожаление. И вина.

— Я была несправедлива к тебе, — сказала она другнувшим голосом, подойдя ко мне. — Я так боялась за Лену… что не видела тебя. Не слышала. Прости меня, дочка. Я так была не права по отношению к тебе… Прости меня, если сможешь… Если найдешь в себе силы на это…

Я не выдержала. Слезы хлынули только сильнее. Я шагнула вперёд — и впервые за много лет позволила себе просто быть дочерью. Просто плакать у материнского плеча. Мама прижала меня к себе, успокаивающе гладя по спине.

— Ты мне очень была нужна… — сквозь слезы проговорила я, тихо всхлипнув. — Я была совсем одна… Мне нужна была моя мама…

Сердце разрывалось от боли которая сейчас спустя все годы наконец нашла выход.

Игорь стоял рядом, держа Алису на руках, просто глядя на нас. Не вмешивался. Не пытался вставить слово. Просто взглядом говорил мне “Ничего не бойся. Я рядом. Я с тобой”.

Этот разговор не сделал всех счастливыми мгновенно. Но он поставил точку там, где слишком долго была тьма. Он наконец сломал те страхи, которые так долго были внутри меня. Наконец я могла не бояться что кто-то узнает об Алисе.