Книга Ты моя тайна. Муж моей сестры, страница 16 – Таня Ульянова

Еще раз подарив подруге благодарную улыбку, я послала дочери воздушный поцелуй, слегка улыбаясь.

Счастливо улыбнувшись, Алиска маленькими ладошками “словила” поцелуй, и прижала ладошки к сердечку прикрывая глазки.

Это был только наш с ней маленький жест. Напоминающий ей, что мама с ней. Мама рядом. Мама никогда ее не оставит.

* * *

В палате было тихо. Слишком тихо.

Отец лежал неподвижно, бледный, с закрытыми глазами. Только аппарат монотонно измеряющий пульс, и вздымающаяся от вздохов грудная клетка, говорили о том что он жив. Что он здесь.

Вика села рядом, взяла его руку. Тёплое, живое прикосновение. А внутри все рвалось в клочья. Почему все так несправедливо, папочка?

— Пап… — мой голос предательски дрогнул. — Я приехала. Я здесь. Я с тобой. Я знаю, ты меня любил всегда. Особенно, когда я была маленькой. Помнишь, какая я была приставучая? Как мне всегда хотелось быть с тобой, и у тебя не было выбора кроме как брать меня с собой на рыбалку…

Я говорила с ним долго. О Лондоне. Рассказывая что не жалею что уехала, как круто повернулась моя жизнь в новой стране. О работе, которая была мне по душе. В которой я нашла себя. О жизни, которую он не видел сейчас. О том сколько прекрасного его ждет впереди, когда он поправится. Потом замолчала, собираясь с силами. Сейчас, или никогда.

— У тебя есть внучка… — тихо проговорила я, слегка сжав его ладонь — Её зовут Алиса. Она чудесная. Она замечательная. Ты как только увидишь ее, ты обязательно ее полюбишь, пап.

Губы дрогнули в слабой улыбке. Я просто представила как они встретятся с Алиской после того, как папа пойдет на поправку. А потом вдруг почувствовала горький и болезненный укол внутри. Я не собиралась возвращаться сюда насовсем. Как только папа поправится, мы с Алисой вернемся в Лондон, где продолжится наша построенная по кирпичикам спокойная жизнь. Где мы будем счастливы.

— Ты обязательно поправишься, пап, — шептала я. — Я приведу её к тебе. Ты увидишь её. Я обещаю.

Дверь тихо открылась. В палату вошёл врач. Седовласый мужчина лет сорока пяти на вид, с серьезным выражением лица. Как будто уже несколько суток провел в этих стенах.

— Простите… — сказал он сдержанно. — Я так понимаю вы родственница.

Я кивнула, встревоженно смотря на мужчину.

— Я дочь, — поправив халат, я встала со стула, и подошла к доктору. — Папе хуже?

Мужчина внимательно пролистал историю болезни, отрицательно качая головой.

— Нет, — успокаивающе проговорил он. — Состояние больного стабильно. Что очень радует в его случае. Я уже говорил это вашей сестре. В нашей клинике, одноместные палаты повышенной комфортности платные. Но, ваша сестра наотрез отказалась. Она настояла на обычной палате. Но вы сами понимаете, что для такого тяжелобольного пациента, это не вариант.

Слова упали, оглушающе. Я замерла находясь в полном шоке, от поступка Лены, не понимая как она могла так поступить. Это же папа… Наш папа…

— Я все оплачу, — твердо проговорила я. — Это даже не обсуждается.

Достав маленький блокнот, и ручку, я быстро написала свой номер телефона на бумаге, и протянула лист врачу.

— Пожалуйста, если что-то будет необходимо, звоните мне. В любое время.

Вложив номер телефона в историю болезни, мужчина кивнул, и покинул палату, оставляя меня с папой наедине.