Книга Анатомия нас, страница 111 – Амелия Лефэй

Затем усадили меня в угол, чтобы взять мазок изо рта. Перевели в отдельную комнату, где другая женщина-офицер обыскала меня. Меня переводили из одной комнаты в другую, люди трогали меня так, как хотели, прежде чем наконец поместить в камеру предварительного заключения с дюжиной других женщин... в основном проституток.

— За что ты попала? Потеряла самообладание на благотворительной ярмарке? — Одна из них оглядела меня с ног до головы, ее фиолетовые волосы были собраны, блестки покрывали ее живот, который был открыт из-за укороченного джинсового топа.

— Я избила мужчину кочергой...

— Изменщика?

— Насильника.

Одна за другой они просто ухмыльнулись.

— Класс.

— По-видимому, нет. — Вздохнула я, прислоняясь к кирпичной стене. Я хотела домой, к Мэсли, Уэсу и Максу. Я хотела заснуть в постели с ними. И все же я не могла выкинуть Алиссу из головы...

--

— Что значит, она должна остаться там на все выходные! — Он сошел с ума. Макс не сказал ни слова, потирая переносицу, пока его бесполезный адвокат стоял перед нами и излагал эту чушь.

— Понедельник — это самый ранний срок, когда судья сможет рассмотреть вопрос об освобождении под залог, если оно будет разрешено вообще. Мистер Эмерсон, с учетом вашей связи с ней, она может считаться риском побега, и в залоге может быть отказано.

— Ради всего святого. — Я застонал, повернувшись к окну.

— Мистер Сент-Джеймс говорит, что снимет все обвинения, как только Джейн извинится. Я знаю, это не идеально...

— Уволь его, — сказал я, зная, что они оба могут меня слышать. — Тот факт, что он думает, что извинения вообще возможны, доказывает, что он не тот человек для этого... для нее.

— Мистер Улер, я понимаю, что вы расстроены...

— Спасибо, мистер Лоуэл, что пришли, я позвоню позже. — Сказал он, и я бы обернулся, чтобы увидеть его выражение лица, но мне не нужно было, я мог видеть это в отражении стекла. Он покачал головой, схватил свой портфель.

— Нет проблем, мистер Эмерсон. Если вам что-то понадобится.

В комнате воцарилась тишина после его ухода, и Макс встал рядом со мной.

— Ты и я оба знаем, что Джейн скорее проведет год в тюрьме, чем извинится, — сказал я ему.

— Я знаю. — Кивнул он. — И я также знаю, что Арчибальд не отступится. Ему все равно, называют ли его насильником, потому что он верит, что никто не сможет это доказать, и поэтому они не могут его тронуть. Ему важно то, что его публично унизили перед Джейн. Мало того, что его арестовали, она избила его. — Он усмехнулся, я знал, что он серьезен, но не мог сдержаться. — Он хочет показать, что может заставить такую женщину, как Джейн, преклониться перед ним.

— Я не могу помочь ей в этом. — И я ненавидел это. — Я не люблю чувствовать себя бессильным.

— В следующий раз, когда она решит восстановить справедливость, давай убедимся, что она сделает это на британской земле. — Пошутил он, взглянув на меня и ухмыльнувшись.

— Мы никогда не успокоимся без нее, не так ли?

Он фыркнул. — Тот факт, что мы рады этому, делает нас обоих мазохистами.

Верно. — Так что дальше? Мы не можем оставить ее здесь.

Тук-тук.

Тук-тук.

— Войдите. — Макс повернулся к двери, как и я. Маркиз вошел в темно-синем костюме. — Маркиз, извини, Ирен в порядке? Это было безумное утро.

— Она узнала, что случилось, и потребовала, чтобы ее отвезли в полицейский участок. — Он покачал головой. — К счастью, наш сын удерживает ее в постели. Я на самом деле хотел узнать, могу ли я помочь. Да, я специализируюсь на британском праве, однако моя фирма сливается с американской фирмой Lorde and Chester сразу после Нового года.