Книга Невеста. Заберу за долги, страница 85 – Саша Вайт

— И куда же? — спрашиваю с улыбкой.

— Бали. Тенерифе. Мальдивы. Да хоть на край света.

Я задумчиво веду пальцем по его груди.

— Что-то в твоих словах есть, — признаю.

— Но? — сразу улавливает он.

Я поднимаю на него взгляд и хитро улыбаюсь.

— У меня предложение получше.

Юлиана

Я смотрю на Марка и неожиданно понимаю, что не хочу никакой свадьбы — ни платья, ни гостей, ни ресторанов. Не хочу никакой мишуры, которая нужна людям, чтобы убедить себя, будто счастье можно организовать по таймингу и рассадке гостей.

Я улыбаюсь и провожу пальцами по груди Марка.

— А давай без свадьбы? — заговорщически заглядываю ему в глаза.

— В смысле? — Марк приподнимает бровь.

— В прямом, — я придвигаюсь ближе. — Не хочу праздник. Не хочу гостей. Не хочу ничего организовывать.

Он внимательно смотрит мне в лицо.

— А чего хочешь? — спрашивает, поднимая уголок губ.

Я делаю секундную паузу. Ответ я уже придумала.

— Тебя, — признаюсь тихо. — Просто тебя. Давай сбежим куда-нибудь? Только вдвоём.

Марк несколько секунд молчит. И я вижу момент, когда в нём что-то окончательно перестраивается. Он вдруг усмехается себе под нос, потом тянется к своим брюкам, выуживает из кармана телефон.

— Что ты делаешь? — не понимающе тяну я.

— Посылаю всё к чёрту, — спокойно отвечает он.

И начинает звонить. Я с изумлением слушаю:

— Переговоры переносим, — произносит он жёстко. — Нет, Андрей меня не будет. Потому что меня не будет, этого достаточно. Если мир рухнет, сообщи через месяц.

Я начинаю смеяться.

— Ты серьёзно? — спрашиваю, когда он опускает телефон на матрас.

Марк смотрит на меня так, будто я только что предложила ему не отпуск, а спасение.

— Как всегда, совершенно серьёзно, — отвечает с улыбкой.

* * *

Через три дня мы лежим под пальмами на острове, название которого я забываю сразу после прилёта.

Потому что здесь невозможно думать о чём-то серьёзном. Вокруг только океан, белый песок, солёный воздух. Наше бунгало с огромной кроватью.

Рядом со мной загорелый Марк в льняных рубашках и ощущение, будто весь мир наконец замолчал.

У нас нет графиков, совещаний, нет помощников с папками. Нет Андрея с суровым лицом, когда он сообщает Марку об очередном проблемном активе. Нет бесконечных звонков.

Первую неделю Марк рефлекторно ещё тянется к телефону каждые полчаса. Потом начинает забывать его в комнате.

А ещё через несколько дней я впервые вижу его настоящим, каким он становится, когда не воюет со всем миром. Спокойный, тёплый, невероятно ласковый.

Он много меня касается, будто никак не может натрогаться вдоволь. То берёт за руку, то целует в плечо, то поправляет волосы, притягивает к себе, когда я вдруг оказываюсь рядом. И каждый раз у меня внутри всё тает заново.

По вечерам мы сидим на террасе бунгало у самой воды. Марк пьёт виски со льдом, я таскаю у него фрукты из тарелки, а потом он сгребает меня к себе на колени и начинает целовать так медленно, будто теперь ему вообще никуда не надо торопиться.

Кажется, это и есть счастье. Не фурор, не пафос, не таблоиды и рауты, а просто тихие вечера с любимым мужчиной под пение цикад и звук воды.

— Ты понимаешь, что я теперь не смогу вернуться в прежний режим? — спрашивает Марк как-то вечером.

Мы лежим в кровати под шум океана. Я лениво глажу его по груди.