Книга Последний вздох, страница 48 – Эмма Пиньятьелло

Джетт уже некоторое время смотрел на Деву Марию, прижавшую ладони к своему ярко-алому с позолотой сердцу.

— Что? – Джетт оторвал взгляд от скульптуры.

— Жар.

— Жар? – недоуменно спросил он ровно в тот момент, когда поднялся церковный хор.

— М-м-м. Я сейчас вспыхну пламенем.

К счастью, нестройные голоса заглушили его фырканье. Запах ладана, воска и дорогого парфюма самых набожных жителей Бинди-Бинди ударил в нос. Прежде чем двинуться к выходу вслед за последним благословением священника, прихожане опустились на колени.

Макс и Джетт остались под защитой фибергласовой Девы Марии, наблюдая за фиксером Ла Маркас. Рафаэль разговаривал со священником, склонив голову и разведя руки, будто пытался привлечь к беседе самого Иисуса. Когда он наконец присоединился к толпе, они последовали за ним к скамье, на которой не было никого, кроме блондинки с собранными в тугой узел волосами.

— Черт, это же…

Но было поздно – Рафаэль уже заметил их.

— Каешься в грехах? – прошептал Джетт, вместе с Макс занимая место позади парочки.

Ариана Ла Маркас резко обернулась и, взяв предложенный Рафаэлем белый, расшитый алыми розами платок, быстро промокнула слезы.

Джетт не был уверен в своих чувствах к единственной дочери Маттео и будущей жене Фореста Валентайна. Вроде бы он должен ненавидеть Ариану, поскольку работал на Барбарани, а ее семья пыталась уничтожить близких ему людей, к тому же ее жених был убийцей.

Но шесть месяцев назад Ариана оказалась в подвале вместе с ними. Неожиданная свидетельница, о которой не подумали заговорщики, она была в шаге от смерти, когда Макс и Грей спасли ее. Она единственная из Ла Маркас плакала на похоронах Джованни.

Но как она могла быть настолько слепа, чтобы не видеть, что ее жених – хладнокровный убийца? Или, что хуже, знала об этом?

Рафаэль обернулся, и его черные глаза сузились. Он выглядел как всегда – черная эспаньолка, аккуратно подстриженная по линии острого подбородка, волосы уложены в модный фейд, так что затылок почти выбрит, шелковая рубашка цвета запекшейся крови. Унизанными перстнями пальцами он лениво чертил круги по деревянной скамье.

— Знаете, так утомительно притворяться, будто я ваш враг, мистер Рэндалл. – Он приветственно подмигнул Макс. – Вы же помните, мистер Рэндалл, что я спас вам жизнь?

— Если вы решили не спускать курок направленного мне в голову револьвера, это не значит, что вы спасли мне жизнь. – Джетт наклонился вперед.

— Думаю, однажды вы поймете, что в мире Ла Маркас и Барбарани это одно и то же.

Что ж, мне в этом мире пребывать осталось недолго.

— Ты, я смотрю, в совершенстве освоила искусство лить фальшивые слезы, да? – Джетт уже отбросил все сомнения насчет того, стоит ли проявлять к дочери Ла Маркас хоть толику почтительности. Замечание Рафаэля окончательно склонило его на ту сторону, где единственным желанием было предать ее и всю ее проклятую семейку огню.

Макс предупредительно пнула его под скамьей. Но ему было уже все равно.

Рука Рафаэля застыла на плече Арианы.

— Уходите. Немедленно.

От Джетта не укрылась сдержанная попытка молодой женщины отстраниться.

— Вам здесь не место.

— Иисус любит всех, даже грешников вроде нас, – произнесла Макс, не сводя с Джетта сердитого взгляда.

— Рафаэль, – сказала Ариана. – Иди. Все в порядке.