Книга После развода. Вернуть истинную, страница 28 – Татьяна Бэк

— Вы правы, генерал. Моя честь была в победе. Пока я не узнал, что такое милосердие, не связанное с победой или поражением. — его ломаная речь звучала тихо, но чётко. — Лора спасла меня. Не как врага. Как человека. И теперь моя честь… она здесь. В долге.— Долг можно отдать и на военном трибунале, куда тебя доставят... — холодно парировал Сивер.Напряжение достигло точки кипения. Я видела, как пальцы дракона непроизвольно сжимаются в кулак. Как тело Кассия напряглось, готовясь к удару, который не сможет отразить.И тогда в дверях показался Идор. Он не вошёл, просто прислонился к косяку, его старые, мудрые глаза цепко окинули палату.

— Дракон рычит на раненого волчонка, — произнёс он спокойно. — А волчонок показывает горло, но не от страха. От уважения. Интересная картина.Сивер резко обернулся к нему.

— Это не твоё дело, старик.— Моё дело — эта деревня, — не моргнув глазом, ответил Идор. — И её защитники. Сегодня один защищал её с неба. Другой — знаниями, добытыми в стане врага. Так есть ли здесь враг сейчас?Сивер замер. Его ярость не угасла, но в ней появилась трещина, пробитая словами старика. Дракон был генералом, стратегом, он оценивал ресурсы и угрозы. Идор указал ему на парадокс: самый ценный разведывательный актив лежал перед ним на подстилке, и этот актив был обязан жизнью той, кого Сивер теперь не мог не уважать. Мне.Я подошла к бывшему мужу и тихо, чтобы слышал только он, сказала:

— Вы чувствуете ложь. Попробуйте убрать эмоции и почувствуйте, есть ли она в словах Кассия. В его… боли. Он больше не враг.

Сивер долго и пристально смотрел на врага. Его взгляд был подобен рентгену, сканирующему каждую мысль, каждую тайную дрожь. Кассий выдержал этот взгляд, не отводя глаз.Наконец, дракон резко выдохнул, и напряжение в его плечах спало.

— Он остаётся под твоим присмотром, — сказал хрипло мне, но смотрел на Кассия. — И под моим наблюдением. Один ложный шаг, одна попытка передать весточку… и драконья ярость обрушится на него. Понятно?Кассий медленно кивнул.

— Понятно, генерал.Сивер кивнул в ответ, коротко и жёстко. Это не было примирением, а лишь временным перемирием — хрупким, основанным на взаимном расчёте и, возможно, на зарождающемся уважении к силе духа друг друга.Позже, когда дракон вышел проверить укрепления, а в лечебнице воцарилась уставшая тишина, Кассий поймал мой взгляд.

— Он… он не такой, как о нём говорят наши, — прошептал раненый. — В наших легендах Чёрный Коготь — ледяной демон, пожирающий целые роты. А сегодня… дракон спас тебя. И всех нас. И ненавидит меня не просто как врага, а как… — он запнулся, и слабая, горькая улыбка тронула его губы, — как мужчина, который хочет видеть тебя своей.Я ничего не ответила, но внутри что-то ёкнуло. Два мира, две ярости, две чести столкнулись под моей крышей. И мне предстояло удержать равновесие между ними, чтобы спасти и свою деревню, и тех, кто в ней оказался — по своей воле или по прихоти судьбы.

Вечер опустился на деревню, принося с собой не покой, а гулкую, тяжёлую тишину, в которой чувствовалась усталость и страх каждого жителя. Я сидела на пороге своей избушки-лечебницы, глядя на звёзды, пытаясь заглушить боль в каждой натруженной мышце и хаос в душе. Внутри всё ещё ощущала странная, глухая песнь бури магии, которая недавно бушевала во мне.Позади меня распахнула дверь и на меня упала тень, — длинная и прямая. Я узнала Сивера по шагам ещё до того, как он остановился рядом.— Лора, — его голос был низким, не таким, как днём — не командирским, а... человеческим. Усталым.Я не обернулась.