Книга УПС. 33 несчастья, страница 86 – Татьяна Абалова

На нас зашикали, и я вернулась к созерцанию купола, где готовились к схватке братья.

Вновь прозвучал горн и началось.

— Разминка, – шепнула мне Шадди. – Сейчас они обменяются пробными шарами.

В сторону Труэля полетел, плюясь искрами, огненный шар.

Чернокнижник легко его перехватил, метнув черную сеть, которая полностью поглотила пламя и осыпалась на землю пеплом. Баэль не стал ждать, когда стихнут аплодисменты, и послал сразу три шара – побольше и пояростнее.

Они летели с такой скоростью, что я затаила дыхание. Боялась, что Труэль не успеет перехватить все три сразу. Но их встретил зеленоватый туман, в котором огни просто увязли. Туман поднялся под купол, утаскивая за собой мечущиеся в его пелене шары.

Больше никаких огненных шаров не было. Баэлю надоело разминаться. Взметнулись вверх камешки и пыльной волной, сопровождаемой воем, понеслись вперед.

— Слепой убийца! – восхищенно воскликнул Фейр. – Очень редкое заклинание. Баэль решил покончить с братом раз и навсегда.

Глаз не мог различить орудие гнева, но было понятно, что навстречу Труэлю несется нечто яростное. Эльф выставил вперед руки, и это нечто с ужасающим воем врезалось в такой же невидимый щит. Сила удара была столь велика, что протащила сопротивляющегося Труэля и едва не выкинула за круг.

— Ответил Стальным веером, – констатировал юный дракон. – Он рассеивает силу Слепого убийцы, и тот уже не может принести значительный вред.

Но Баэль оказался хитер. Пока его брат держал щит, он посылал и посылал невидимых убийц, пока один из них не прорвался и… выхватив из-за пояса Труэля мой воротник, разорвал его в клочья.

— Да они понарошку дерутся! – воскликнула Шадди. Она была разочарована.

— Братья же. Не враги, – хмыкнул Фейр. – Но зато какое точеное мастерство.

— Пора бы нашему декану ударить, – Шадди волновалась, заметив, что Труэль сжал зубы.

Ему тяжело давалось удерживать щит. Зато на лице Баэля появилась довольная улыбка. Он выбрал верную тактику, напав первым. Младший брат вынужден был защищаться.

— Когда битва будет считаться проигранной? – осторожно спросила я. – Они бьются до первой крови?

— Когда один из них добровольно или под воздействием силы покинет нарисованный круг, – обернувшись, ответил Хомяк.

Его лицо раскраснелось от напряжения. Было от чего волноваться. Я закусила губу, видя, что до белой полосы за спиной Труэля оставалось всего-то полшажочка, тогда как ухмыляющийся Баэль, наоборот, сдвинулся вперед. Потребовалась бы огромная сила, чтобы его опрокинуть.

Я тихо умирала. Знала, что поставлено на кон.

— Нет, не получится Труэлю ударить, – покачал головой Фейр. – Невозможно тратить силы на оборону и атаку одновременно. Можно применить что-то одно. А Баэлаэль специально не дает ему передышки.

Я, повинуясь минутному порыву, встала и, сложив руки воронкой перед губами, крикнула что есть силы:

— Давайте, милорд, в бой!

Но меня услышали лишь те несколько студентов, что сидели рядом. Рев ветра на арене стоял такой, что перекрывал все звуки.

— Погоди-ка! – Фейр пошлепал себя по карманам и вытащил небольшую морскую раковину. – Кричи сюда.

Он указал на отверстие в узкой части крученой спирали. Не сильно надеясь на эффект, я приложила раковину к губам и, набрав полные легкие воздуха, проорала в своеобразный рупор то, за что мне будут мыть косточки не одно десятилетие.