Книга УПС. Демоны тоже плачут, страница 89 – Татьяна Абалова

— Спасибо, папа, но я справлюсь сама. Я уже взрослая.

Оррул-Гык тактично промолчал, а я не стала рассказывать, почему оказалась в камере. Раз его любимая девочка сказала, что справится, значит, вмешиваться бесполезно. Пусть набьет свои шишки сама. Орки – мудрые родители.

Искупалась я быстро. Натянула штаны и куртку, чтобы покрасоваться перед папой новой одеждой. Мне хотелось увести его из УПС как можно быстрее, чтобы он не узнал, что ночью на меня напали. Оррул–Гык расстроился бы, поняв, как легко враг подобрался ко мне со спины.

— Пойдем в трактир? Я ужас как хочу есть, – я потянула его за собой.

Мы приятно провели вечер. Я рассказала отцу о рыжем кураторе, из–за которого схлестнулась на крыльце с будущими женами. Он, конечно же, поинтересовался причиной нашей вражды.

— Пап, разве ты не знаешь, что девчонки влюбляются в своих преподавателей? А он бастард и сирота. Вот и возник спор, кто пригреет на груди сироту. Спасибо, что подыграл мне.

Папа посмотрел на мою грудь, обтянутую курточкой, и печально вздохнул.

— Выросла дочка, – произнес он с грустью в голосе. – Уже сиротку в дом тащит.

За ужином папа рассказал о каждом орке нашего племени. Они все, как один, передавали мне привет.

— И ты передавай, – я проводила папу до конюшни, где он оставил лошадь. Оррул–Гык не собирался задерживаться в городе. Торопился присоединиться к маме на границе. – Шаману скажи, что я встретила его старого знакомого, который когда-то давно оставил ему сироту из чужого мира.

— Какого сироту? – насторожился отец, не понимая, что я уже разгадала тайну нашей семьи.

— Одного из тех, кого приняло наше племя, – успокоила я папу, зная теперь наверняка, что сироток в Гхы–Гхы – каждый второй.

После того, как папа ускакал, я вернулась к себе за копьем, а потом отправилась в зоосад и нашла Гоура. Молодой орк был выше и массивнее меня, но я все равно исхитрилась прижать его к стенке.

— Напишешь родителям еще хоть слово обо мне, и я проткну тебя, точно жука. Понял? Я не дитя, чтобы за мной приглядывали.

Для подтверждения я тряхнула копьем. Оно выстрелило вверх и разбило светоч под потолком. Сделалось темно.

— Не слышу? – рявкнула я.

Дальний родственник икнул. Я восприняла звук, как согласие, и покинула зоосад.

Стоило выйти на аллею, ведущую в общежитие, как на меня налетел Тутто.

— Ты где была? – его голос полнился тревогой. Он так крепко обнял меня, что едва не сломал ребра. Я вывернулась. Хотела сначала сделать обиженное лицо и спросить, где был он, но решила не усложнять ситуацию.

— Где только не была, – начала я, вешаясь демону на шею. – Перечислить?

Тутто поцеловал меня в лоб и отнял копье, которым я слишком вольно размахивала.

— Начинай.

— В кабинете ректора, в лазарете, в тюрьме, в трактире, в конюшне, в зоосаде.

— Разговор на полночи, – сказал он, подхватывая меня под руку и уводя в противоположную от общежития сторону.

— Мы куда? – спросила я, оглядываясь. У входа в общежитие толпились сплетницы. Наверняка обсуждали меня, папу, Тутто и весь свет.

— Ко мне в гостиницу. Не хочу проходить под расстрельными взглядами будущих жен.

— Струсил? Зеленовласку испугался? – я остановилась.

— Устал и хочу есть, но не желаю, чтобы мне подмешали в еду яд. Я сегодня многим испортил праздник.