Книга Ну, здравствуй, жена!, страница 197 – Татьяна Абалова

— Караульных тоже нет. Видишь, там и там пусто. А обычно ходили по двое.

К ночи ветер переменился. Бил в лицо, заставляя отворачиваться. Сотрясал шатер и поднимал полог над входом.

Зябнущий принц потребовал вторую шубу. Вывалился наружу словно северный медведь.

Цессир приготовился огрызаться, но, хвала Шаагилю, не потребовалось.

— Ворота открывают! - крикнул кто-то из дозорных.

Колдуны шли темной толпой.

Королевские воины по команде выступили вперед, встали в строй, прикрылись щитами. Ряды ощетинились пиками. Боевые маги заняли постаменты, которые подкатили следом. В руках заплясали огненные шары.

— Ни Валааха не вижу! - выругался принц и, хлопнув руками, запустил в небо звезду, которая повисла над полем. Светящийся купол накрыл колдунов, которые на мгновение застыли, закрывая глаза предплечьями, привыкая к неожиданному свету, потом снова двинулись вперед. Не доходя шагов десяти разом упали на колени. Склонили головы.

Леадий, аккуратно обогнув Цессиров, прошел вперед. Строй воинов распался, освобождая ему проход.

С другой стороны толпа колдунов, так и не поднимаясь на ноги и не смея смотреть на принца, потеснилась, пропуская вперед мужчину, несущего что-то небольшое. Света немеркнущей звезды едва хватило, чтобы понять, что в руках человека лежит ребенок. Мертвый ребенок.

Лорд Цессир не сразу узнал Изегера. Тот почернел от горя.

— Вжик?! - понял он. И это был последний возглас.

В пугающей тишине лорд Ханнор прошествовал в шатер. Положил Вжика на стол, предварительно смахнув с него и графин с рубиновым вином, и золотые королевские приборы с остатками еды.

В груди квалона зияла рана. Такую не получишь ни ножом, ни еще каким-либо режущим предметом.

— Пуля? - прошептал принц побелевшими губами. Он вошел следом, сбросив обе шубы на пол.

Изегер сдержанно кивнул. Заботливо, как-то по-отечески, поправил ворот вейжиковской изношенной курточки, провел ладонью по голове, убирая волосы с лица.

— Он мечтал встретиться с Тенью матери, - слезы душили лорда Ханнора. Голос звучал надтреснуто. - Он так и не узнал, любила ли она его.

— Любила, - Леадий настойчиво пихнул плечом Изегера и занял его место. Отодвинул полу курточки, задрал рубашку, оголив грудь Вейжика. - Конечно, любила. Я не знаю мать, которая не любила бы свое дитя. Пусть и такое, - принц низко наклонился и втянул носом запах, идущий от раны. - Хотя... мне, наверное, повезло. Матери всякими бывают.

Изегер отупело смотрел на редкие рыжеватые волосы, покрывающие грудь квалона. Он давно уже был не мальчиком. Маленький отважный мужчина.

— Его мать умерла при родах, - Изегер едва сдерживал себя, чтобы не оттолкнуть принца, бесцеремонно прикасающегося к телу Вжика, желая вернуть на место и рубашку, и курточку. - А он умер, защищая меня. Прыгнул под пулю. Дурачок, зачем надо было?

— Пуля в вашем животе - верная смерть, - с другой стороны стола появился королевский лекарь. - Нет никакого средства успокоить хворь, если в полость брюшины попали кровь и нечистоты.

— Выйдете все вон, - вдруг скомандовал принц. У лекаря вытянулось лицо, но он подчинился и выскочил на холод в числе первых. Лорд Ханнор с трудом сделал шаг назад. Леадий, заметив это скупое движение, не поворачивая головы произнес: - Изегер, останься.