Книга Встретимся у кромки миров, страница 14 – Татьяна Абалова

— Соли попросить. Тетка послала, — сказал первое что на ум пришло.

— Ведро.

— Что ведро? — недоумевая, посмотрел в пустую тару.

— Ведро соли надо Марте?

— Эээ. Я пойду. Ладно?

— Ладно. А ведро, все-таки, зачем принес?

— Кто ест соль, тот и воду пьет, — брякнул вспомнившуюся пословицу и почему-то задом попятился из дома.

До своего дома бежал, представляя, как соседи над Кирой измываются. Ведро бросать не стал, жалко. Да и тетка ругаться будет. Поэтому несся, задрав юбку рукой, на локте которой моталось ведро, а другой придерживал шляпу, чтобы не слетела с головы. Потеряю — Марта точно убьет!

Кира

Оглядывая любопытствующие лица хорошо знакомых людей, занесла ногу, чтобы перевалиться на другую сторону, и когда, почти решилась спрыгнуть, увидела, что внизу торчит мой ухват и, брякнувшись на него, обязательно сломаю что-нибудь. Боюсь, это будет не ухват. Понимание пришло в последнюю минуту, траекторию полета изменить не успевала, поэтому своим вихлянием еще более усугубила ситуацию. Летела спиной вниз. Но упала в чьи-то руки. Человек крякнул от натуги. Женщина?!

А та спокойно поднялась, будто я ничего не весила, и не захотела выпускать с рук. Заглянув под поля шляпы, узнала Инга. Улыбнулась ему и сказала:

— Ухват.

— Какой ухват?

— Там, внизу. Надо взять. Бабушка ругаться будет.

Со мной на руках присел, я вытащила ухват. И мы пошли вдаль. К морю. И было совершенно все равно, что подумают соседи, узнали они Инга или нет. Главное — мы вместе и нам хорошо.

Ингмар

Прижимая к себе Киру, указывающую мне ухватом куда идти, был счастлив. Не мешала шляпа, потому что она позволяла смотреть на девушку, забыл о ведре, которое можно было закинуть во двор, не вспомнил, что одет в теткины вещи.

Вышли к морю и почти дошли до беседки, когда Кира скомандовала:

— Стой!

И соскользнула с рук, звякнув ухватом о ведро. Этот звук привлек внимание девушки, которая стояла у щита с нарисованным поездом, продолжающим спешить к станции Коммунизм. Это была Галка.

Она испуганно вскинула глаза и пошла бочком, пытаясь скрыться. Но уверенным движением Кира прижала подругу рогаткой ухвата к щиту.

— Попалась! — закричала она, — Ну, что, Галчонок, каяться будешь?

— О чем ты, Кира? Я никому ничего говорила! — затараторила пойманная девочка.

Я с интересом наблюдал, пытаясь понять, что происходит. Объяснение не задержалось.

— А кто испачкал дегтем мою дверь?

— Ты чего, Кира, зачем мне это?

— Не ври, я все знаю! Тебя Настасья выдала! — потом обернулась ко мне, — Что делать будем с этой предательницей?

Снял шляпу и увидел, как у Галки распахнулись от удивления глаза. Она, наконец, узнала меня.

— Отпусти ее, Кира! Не связывайся с говном, — потом обратился к Галке, — Не попадайся больше на глаза, зашибу.

Встав за спиной Киры, прижал ее одной рукой к себе, а другой взялся за ухват и помог отвести его от шеи девчонки. Та сползла по щиту вниз. Из рук выпал кусочек мела. Пошарил глазами по поверхности рисунка и увидел Г+И=Л. Взяв мел, исправил ошибку в уравнении, стерев неправильную букву. Дописал. Получилось К+И=Л. Так лучше.

— Запомни, Галчонок, предательством счастья не сыщешь.

Потом опять взял свою Киру на руки и продолжил прерванный маршрут. До беседки. Мы сразу забыли о той, что хлюпала носом за спиной.