Книга Секрет звездного странника, страница 73 – Татьяна Абалова

У трапа меня уже ждали.

— Таможенный досмотр, – сообщил мужчина в военном скафандре. – Предъявите документы.

Офицер смотрелся на фоне низкого неба и окружающей серости достойно. На его груди красовалась визитка с указанием имени и должности, но я не стала акцентировать на ней внимание. В руках таможенника появился планшет, в котором он по старинке ручкой делал пометки.

— Какой груз везете?

— Личные вещи, – я покачала перед его носом дохлой сумкой.

— Меня интересуют складские помещения вашего звездолета.

— Они пусты.

— Я должен убедиться, – он не совсем вежливо отодвинул меня в сторону и поднялся по трапу.

Пришлось плестись следом. Я знала, что отсеки челнока пусты, но все равно сердце сжималось всякий раз, как открывалась очередная дверь. Тусклые лампы освещали совершенно безжизненные помещения. Мне даже показалось, что стены складов от старости поросли плесенью. Они по какой–то прихоти Матвея были окрашены в черный непроницаемый цвет. Хотелось поскорее отсюда убраться. До тошноты.

— Не знаете, что здесь перевозилось раньше? – таможенник поморщился. Он тоже испытывал иррациональный страх. Я видела, как на его лбу выступили капли пота.

— Нет, – я покачала головой.

Понятно, что Матвей был настолько крут, что сумел сконструировать «умный» челнок, который в зависимости от ставящихся перед ним задач, меняет внешний вид. Сейчас он выглядел как откровенная рухлядь, но если бы таможенник вздумал провести по внешней обшивке рукой (что я тихонько и сделала), то под пальцами почувствовал бы гладкость полированного металла. Иллюзия была настолько хороша, что не вызывала сомнений у служащего. Но вот что смутило нас обоих, так это складские помещения. Почему они имеют столь неразумную организацию? Зачем эти частые, кромсающие рабочее пространство перегородки, ведь они ограничивают разумное распределение груза?

— Мне не понятен ваш выбор, – таможенник пребывал в активном поиске смысла. Чувствовал, что что–то не чисто, но нащупать не мог. Он стоял посреди очередной камеры, тесной и плохо освещенной. – Почему вы предпочли грузовой челнок, если не собирались использовать его по назначению?

Я легкомысленно пожала плечами.

— Я боялась опоздать на рейс на Липуту, поэтому не стала дожидаться более удобного транспорта. Взяла, что имелось у арендодателя. Сами знаете, сейчас не до капризов. Лучше я пересижу эти дни у вас, чем на Крагнатуме.

— У нас тоже неспокойно, – офицер с щелчком закрыл планшет. – Если вы не забронировали отель заранее, вам придется ночевать в его коридоре, если не на улице. Все хотят улететь на Липуту. Подальше от этого ада.

— Я забронировала.

Я понимала, почему он злится. У него нет выбора. Ему не улететь в спокойное место. Прикажут, придется стрелять. А если учесть, что на Крагнатуме живут его близкие и знакомые, то стрелять он будет по своим. Мятеж зачастую перерастает в гражданскую войну.

Со стоянки я убралась на такси–вертолете. Не стала ждать, когда таможенник опечатает мой челнок. Все свое я унесла с собой.

— До отеля «Красный орел», пожалуйста.

— Собираетесь на Липуту? – поинтересовался вертолетчик. Я только кивнула. Видимо, сейчас все молились на единственный регулярный рейс, который увезет их подальше от войны. – Как вам удалось раздобыть билет? Я свою мать уже месяц пытаюсь отправить хоть на чем–нибудь. Все места распроданы.