Книга Я на тебе (никогда не) женюсь, страница 114 – Анна Рейнс

Генерал уходит, оставляя меня наедине с остывшей едой. Мне почти ничего в горло не лезет.

Вряд ли у него была цель вызвать мою жалость. Я чувствовала, как он контролировал каждое слово, смягчая некоторые моменты. Но все равно, жалею, что не сказала слов поддержки. Мне хочется дать ему какое-то тепло, которого он был лишен с ранних лет. Сижу в ловушке собственных эмоций, жалея, что на такой непростой разговор был отведен только час.

Ладно, завтра продолжим.

Я возвращаюсь в комнату, но мысли так и вертятся вокруг нашей встречи. И на следующий день. Даже король обращает внимание, что я какая-то рассеянная.

Говорит, что если мне нужно больше времени прийти в себя после нападения.

— Нет, нет, — поспешно отвечаю я, фокусируясь на отчете. — Простите.

— Это ты извини меня, Аллисандра. Все произошедшее далось тебе нелегко. А я совсем не уделяю тебе время. Поужинаем сегодня вместе?

— Хорошо, — я улыбаюсь с воодушевлением, которого совсем не испытываю.

Утром Дэлмар прислал записку — предложил встретиться после ужина. Написал, что не хочет снова портить мне аппетит своими рассказами. Поэтому вечер я провожу с королем, после чего, сославшись на усталость, отказываюсь от шахматной партии.

Делаю вид, что иду к себе, но на деле сворачиваю в малую гостиную. От собственных ухищрений становится смешно. Да Его Величество меня за ручку проводит к Дэлмару, если узнает, что я встречаюсь именно с ним! А я веду себя как девчонка, что тайком сбегает к парню из-под присмотра строгого отца.

Дэлмар меня уже ждет — я опоздала минут на десять, но он ни слова мне не говорит. Сажусь в кресло напротив него и недоуменно смотрю на небольшой предмет, лежащий на низком столике.

— Что это?

— Карты, — отвечает он.

— Карты? — я беру коробочку в руки и рассматриваю небольшие прямоугольники из плотной бумаги. — Сто лет не играла.

— При дворе их считают развлечением для простолюдинов и дураков. А на фронте, кроме них, других развлечений почти нет. Сыграем?

— А давайте, — соглашаюсь я, с готовностью подаваясь вперед и пряча усмешку. — Только вам придется напомнить мне правила. Я и играла-то всего пару раз. Давайте я пока перемешаю..

В последний раз я играла еще до переезда во дворец. С бабулей и местными мальчишками, что научили меня не только всем тонкостям игры, но и... мухлевать.

И теперь ужасно хочется узнать, помнят ли мои руки все эти трюки. Я раздаю карты, делая вид, что внимательно слушаю. Едва не смеюсь в голос, увидев озадаченное выражение лица Дэлмара, когда он рассматривает свои карты.

— Думаю, что уступлю тебе первый ход, — невозмутимо говорит он. Как новичку.

— Как благородно, — соглашаюсь я, мысленно хихикая.

Однако спустя несколько минут веселье сменяется возмущением. Каким-то образом я… проигрываю!

— Вы жульничаете! — кричу я в праведном гневе. Ощупываю взглядом с ног до головы, словно пытаясь найти спрятанные тузы.

— Да. И намного лучше, чем ты, — довольно смеется он. Улыбка освещает его лицо, делая его почти невозможно красивым. Мое сердце пропускает удар. — Показать?

— Спрашиваете! — тут же отзываюсь я. Знали бы подданные, чем занимается генерал и наследная принцесса.

Карты начинают порхать в его руках, исчезая и появляясь совершенно неожиданным образом. Слежу, как завороженная. Мы играем снова, но честный поединок превращается в аттракцион обмана и чистый фарс. Я забираюсь в кресло с ногами и смеюсь до слез.