Книга Лекарство от разбитого сердца, страница 11 – Анна Платунова, Мария Фир

Сегодня первые полосы газет наверняка пестрят заголовками о страшной катастрофе — краем глаза Дарен видел парочку журналистов, которых орк Орби бесцеремонно вытолкал на крыльцо больницы. Не хватало ещё, чтобы отвлекали целителей!

— Дона Арьен скоро уедет, — вспомнила Милена. — Кто же будет со мной справляться?

— Ума не приложу! — честно ответил Дарен. — Есть идеи?

— Ну-у, я умею одеваться и заплетать косички. И знаю, как варить кашу. И могу читать газеты.

— То есть ты уже совсем взрослая и няня нам больше не нужна?

— Да, папуль! Тебе не надо беспокоиться.

— Я всё равно буду беспокоиться, понимаешь? Если ты будешь одна дома, я стану всё время об этом думать. Буду переживать, что ты обожжёшься о плиту или упадёшь в пруд в саду. Или что тебя укусит оса. Знаешь, что тогда случится?

— Знаю.

— И что же?

— Ты потеряешь кон-цен-тра-цию, — шёпотом, как великую тайну, проговорила Милена.

— Совершенно верно! А этого допустить никак нельзя, ведь я целитель и от меня зависят жизни других. Поэтому мы найдём тебе новую няню, а пока будешь ходить со мной на работу.

— Ур-р-ра! — Милена подпрыгнула, необычайно воодушевлённая такой новостью.

Да, в больнице ей придётся вести себя тихо — сидеть в папином кабинете, рисовать цветными карандашами или бинтовать лапы плюшевому медведю по имени Фуфи. Зато не нужно будет целый день дожидаться отца, он будет заглядывать к ней, и, может быть, они даже будут вместе обедать.

Так, переговариваясь, тьер Мортенс и его дочь добрались до небольшого двухэтажного домика, спрятавшегося в конце городской аллеи среди вековых лип. Когда-то давно предки Дарена владели целым графством к югу от столицы — были там и белокаменный замок, и плодородные земли, и даже золотоносная жила. Всё это кануло в небытие.

Деда казнили, обвинив в запрещённых практиках — в те времена корона яростно преследовала некромантов, бабушка вынуждена была поднимать детей в одиночку. Следом пришли война, неурожаи, долги.

Родители Дарена успели обосноваться в Лорне, купив дом у старой вдовы. Не в лучшем из районов и далековато от центра, но всё же это было приличное жильё с пятачком прилегающей к нему земли. Теперь это было всё, что досталось последнему из разорившегося рода Мортенсу.

— Ты поужинала? — поинтересовался Дарен, когда Милена прибежала на кухню, прижимая к себе Фуфи.

— Да. Но я буду молоко с печеньем. А ты будешь?

Тьер Мортенс заглянул под керамическую крышку стоящей на плите сковороды. Дона Арьен оставила ему большую порцию мясного рагу с овощами — и что он, в самом деле, будет делать без няни? Сердобольная старушка заботилась и о Милене, и о нём.

— Я поем, а потом попью кофе. А тебе пора в кровать!

— Пить кофе на ночь вредно, — сообщила Милена, дёргая за ручку холодильного шкафа.

Она осторожно достала оттуда пузатую бутылку с молоком, протянула отцу. Дарен наполнил кружку дочери, поставил её на край ещё тёплой плиты, подогреться. Милена забралась на высокий табурет, пододвинула к себе жестяную коробку с печеньем и мечтательно подпёрла кулачками подбородок.

Тьер Мортенс положил себе рагу и теперь жадно поедал его, стараясь соблюдать при дочери хоть какие-то приличия. С завтрака прошло уже больше пятнадцати часов, и даже привычный к подобным перерывам желудок некроманта возмущённо урчал от голода.