Книга Поместье для Вдовы, или Это моя дочь, Дракон!, страница 77 – Рика Лав

Я снова присела рядом с Аникой, обнимая за плечи, притягивая ближе.

— Видишь, милая, там живут воины, — объяснила как можно мягче, подбирая простые слова. — Они приехали из другой страны. Из далеких-далеких земель за горами. Чтобы защищать нашу границу от плохих людей.

— От каких плохих? — нахмурилась дочка, сдвигая бровки.

— От тех, кто обижает других, — ответила уклончиво, не желая пугать ребенка подробностями о войне и убийствах. — От злых людей. Но не волнуйся — эти храбрые воины их не пустят сюда. Они очень сильные и храбрые. Они будут нас защищать.

— А они добрые? — спросила малышка, глядя на меня широко распахнутыми, серьезными глазами. — Воины добрые?

Я подумала о Кайласе. О его словах вчера вечером, о том, как он обещал, что его люди не обидят ни меня, ни моих слуг.

— Да, — ответила наконец, заставляя себя улыбнуться. — Они добрые. Просто… занятые. У них важная работа. И мы не должны им мешать. Хорошо, доченька?

Аника кивнула, но продолжала с интересом разглядывать лагерь.

Я передала ее маленькую ручку Маре.

— Идите, — сказала я, поднимаясь. — Погуляйте во дворе, подышите свежим воздухом. Только не уходите далеко от дома.

Мара увела дочку в сторону Запущенного сада, и Аника тут же переключилась, показывая на что-то и щебеча. Я проводила их взглядом, а сердце сжалось в тревоге.

Ненадолго. Всего на день-два. А потом я вернусь.

Развернулась и направилась обратно в дом. В кабинет. Нужно было пересчитать деньги!

В кабинете я заперла дверь на задвижку, — чтобы никто не мог помешать, нервная я нынче; а может, чтобы никто не видел как я стенаю и матерюсь, пересчитав наличность, — и вытащила из сейфа все мешочки с монетами.

Они тяжело шлепнулись на массивный дубовый стол, поднимая облачко пыли.

Я присела в кресло, откидываясь на высокую спинку, и уставилась на это богатство.

Двенадцать мешочков. Восемь больших, толстых, туго набитых. Четыре средних.

Сердце забилось чаще от волнения.

Сколько там? Хватит ли на ремонт? На содержание поместья? На зарплаты слугам? Мда, и это я, тот самый управленец из прошлой жизни? Разбазарила деньги, а теперь заглядываю в «кошелёк».

Развязала первый большой мешочек и высыпала содержимое прямо на столешницу. Золотые монеты покатились во все стороны, звеня, блестя в тусклом свете, пробивающемся сквозь щели в шторах.

Начала считать, записывая цифры на листке бумаги.

Первый мешок — 1,500 златых.

Выдохнула с облегчением и аккуратно ссыпала их обратно, туго завязала. Уже легче!

В ход пошли следующие, на седьмом мешочке я уже была опьянена получающейся цифрой. Восьмой, самый большой и тяжелый — вместил аж 2,150 златых!

Я остановилась, перепроверяя подсчеты, складывая цифры еще раз. И еще раз. Для верности!

18,400 златых.

Уже 18,400! А ведь еще четыре средних мешочка остались…

Что-то мне нехорошо стало от таких сумм. И изжога… Потерла грудину и развязала первый. Серебряные монеты высыпались на стол с более глухим звуком. Аккуратные, тяжелые, прохладные на ощупь.

Начала считать, сбиваясь, начиная заново, проклиная этот мир за отсутствие калькулятора.

Итого 11,800 серебряных монет…

Я схватила перо, макнула в чернильницу и принялась считать на бумаге. Один златый — это 60 серебрушек.