Книга Поместье для Вдовы, или Это моя дочь, Дракон!, страница 230 – Рика Лав

Огляделась по сторонам, оценивая масштаб разгрома. Платья валялись повсюду, на полу, на кровати, одно даже зацепилось за спинку кресла. Шкаф зиял пустотой.

Вздохнула, воздев очи к потолку. Теперь еще и убирать все это придется. Наклонилась, подобрала ближайшее платье. Цвета слоновой кости, из мягкой шерсти, с простым кроем без корсета и минимумом шнуровок. То, что нужно. А вообще, я тут швею привезла, надо озаботиться парой экземпляров того, что мне действительно надо.

Натянула выбранный наряд через голову, застегнула несколько крючков сбоку, слава богу, до них можно было дотянуться самой, поправила юбку. Обула мягкие домашние тапочки из замши. Снова провела расческой по волосам, распутывая узлы, и оставила их распущенными. Сегодня весь день буду работать в кабинете, никуда не планирую выходить, так что можно не заморачиваться с «прическами».

Пора перестать думать о вчерашнем и сосредоточиться на насущном.

Пустая столовая встретила меня знакомыми запахами свежего хлеба, жареного бекона, какой-то каши и трав. Фания стояла у плиты на кухне, помешивая что-то в большой кастрюле, а рядом с ней крутилась Амели, внимательно наблюдая за процессом.

— … и вот здесь главное не замешать слишком сильно, — говорила Фания наставительным тоном. — Закваска — дело нежное. Замесишь слишком энергично — убьешь всё, и хлеб не поднимется. Понятно?

— Ага, — кивнула Амели, записывая что-то в маленький самодельный блокнотик.

Фания подняла голову, услышав мои шаги, ее брови взлетели вверх.

— О, госпожа, — протянула она с усмешкой. — Наконец-то соизволили проснуться. А я уж думала, отправлять ли кого-нибудь проверить, не приказали ли вы долго жить во сне.

Я поморщилась.

— Доброе утро тебе тоже, Фания.

— Доброе-то доброе, — она вытерла руки и подошла ко мне, внимательно оглядывая с ног до головы. — Только вот вид у вас, простите за прямоту, как после сивушьей настойки. Бледная, ходите как мертвячка. Вчера вы только взвару попили да корочку хлеба съели. На чем душа держится, ума не приложу.

Она взяла меня за руку и потащила к столу.

— Сейчас же садитесь. Я вам сейчас такой завтрак накрою, что пальчики оближете. И съедите все до последней крошки, иначе из-за стола не выпущу. Ясно?

Послушно опустилась на стул, в самом деле ощущая себя провинившимся ребенком под её наставительно взглядом.

— Ясно, Фания.

— Вот и отлично, — она одобрительно кивнула и развернулась к плите. — Амели, доставай чистую тарелку. Большую. Нет, не эту, вон ту, побольше. Вот так, умница.

Фания работала быстро и споро, наполняя тарелку едой и параллельно раздавая указания Амели, которая металась между плитой, столом и кладовой, стараясь успеть за всеми командами.

— Принеси масло. Не забудь про ложки. Нарежь хлеб — толстые ломти, не эти куцые кусочки. Налей госпоже свежего молока, из кувшина, что в холодильне стоит.

Через несколько минут передо мной громоздилась гора еды. Тарелка каши, густой, с кусочками яблок и изюмом, сдобренная сливочным маслом и медом. Несколько ломтей поджаренного на сливочном масле хлеба. Жареные яйца, прямо таки целые. То есть сначала отваренные, а после уже жаренные в пряностях. Свежие овощи, кусок сыра. Кувшин с молоком и чашка с чем-то, что пахло травами и медом.

— Ешьте, — велела Фания, усаживаясь напротив меня и скрестив руки на груди. — И не вздумайте оставлять что-то! Вы мне костьми не гремите еще, но если будете продолжать в том же духе, скоро начнете.