Книга Оковы Гарпии, страница 125 – Катерина Траум

— Тоже ополоснусь, — севшим голосом пробормотал Анджей, думая вовсе не о чистоте.

А о том, как бы сбежать от этой ходячей бомбы, которая, похоже, настроена сегодня как никогда решительно. Он рассеянно отложил пистолет на тумбочку, подхватил второе полотенце и умчался в ванную, предварительно скинув туфли под порогом.

Может, ему и показалось, что Габриэлла тихонько посмеивалась ему вслед. А может, его жалкие попытки провести между ними границы и правда выглядели настолько смешно после вчерашних игр в бассейне. Кого он тут обманывает, в самом деле…

От возбуждения Анджея прошиб пот. Окатить себя прохладной водой — в целом, не настолько уж дурная идея, так что он принялся расстегивать пуговицы, мимоходом оглядывая небольшую ванную комнату. Ничего необычного: унитаз старого образца с веревкой для слива, квадратная раковина, мутноватое запотевшее зеркало, отразившее страдальческий взгляд. Пара медных крючков торчали из стены, и на них Анджей повесил одежду и полотенце. Разве что сама ванна немного пугала: чугунная, на львиных лапах, чуть пожелтевшая в месте слива и с изогнутым краном, эта жуткая конструкция как будто пришла своим ходом из викторианского особняка какой-нибудь престарелой аристократки.

Вода и впрямь оказалась чуть теплой, но даже встав под душ с головой, Анджей не смог утихомирить бешеное биение сердца в груди. Через шум воды послышался громкий скрип неясной природы. Скрежет. Списав звук на несмазанные дверцы шкафа, Анджей быстро, как привык в армии, закончил с мытьем. Не стоило оставлять Габи одну надолго. Натягивать несвежую одежду не хотелось совершенно, и выбора не было: обмотав вокруг бедер полотенце, Анджей тихо вернулся в комнату. И замер, прислонившись к стене плечом, наблюдая сумасшедшую картину.

Уже оттащив обе тумбы к шкафу, Габриэлла, кряхтя, сдвигала вместе кровати. Получалось у нее это откровенно плохо: уперевшись босыми ступнями и опасно наклонившись, она толкала мебель как могла, но та встряла в диагонали и упрямо не хотела становиться единым целым с соседней постелью.

Анджей с трудом сдержал смех над покрасневшим лицом Бэмби и прикрыл ладонью лицо, чтобы не смотреть на этот цирк. И на съезжающее с упругой девичьей груди полотенце, несомненно.

Наконец-то уловив, что на нее смотрят, Габриэлла вскинулась и удивленно приоткрыла рот.

— Что ты делаешь, черт возьми? — насмешливо приподнял бровь Анджей, сделав машинальный шаг навстречу.

— А что, не понятно? — с вызовом вздернула нос Габи.

Анджей закатил глаза, упер руки в изножье кровати и одним уверенным рывком соединил ее со второй под оглушительный скрип по паркету. От напряжения, царящего в комнате, он даже не ощутил, что пришлось приложить хоть какое-то усилие.

— Так по-твоему лучше?

Взгляды пересеклись, будто надеясь считать что-то между строк, спрятанное глубже, чем все внешние проявления. Только два шумных дыхания и два слишком частых гулких пульса нарушали воцарившую в номере оглушающую тишину. Первой сдалась Габриэлла, присев на постель и обняв руками дрожащие плечи.

— Я не… не смогу уснуть без тебя, — еле слышно пролепетала она, и у Анджея глухо ухнуло под ребрами от того, насколько сейчас она выглядела беззащитной. — Я так испугалась этих стервятников… И не знаю, что это за чувство, но уверена — безопасно мне только, пока ты рядом. Ты ушел в ванную, и я уже начала бояться каждого шороха. Так что прости, но или ты спишь со мной в одной кровати, или мы оба не ложимся сегодня спать вообще.