Книга Сердце ледяного ворона, страница 24 – Наталья Тудаль

Я приняла его руку, на этот раз готовясь к знакомому толчку магии. Он был, но слабее, будто он тоже научился его сдерживать. Моя кожа лишь слегка задрожала, встретив его холод. Может, это потому, что наши руки были в перчатках.

Я ступила на утоптанный снег и подняла голову, глядя на громаду крепости. Она нависала надо мной, подавляющая, чужая. Ветер, гулявший между башен, завывал похоронную песню. Это был не дом. Это была цитадель. И мне предстояло жить здесь.

Слуги в простых серых одеждах вышли нам навстречу. Они молча поклонились Альрику и бросили на меня быстрые, испуганные взгляды.

— Отведите принцессу и ее фрейлину в приготовленные покои, — приказал Альрик, его голос эхом отозвался от ледяных стен. — Я должен доложить отцу о нашем прибытии.

Он повернулся и ушел, его плащ развевался за ним, не оглядываясь. Он оставил меня одну на пороге этого ледяного чудовища, под тяжелыми взглядами его обитателей.

Я стояла, чувствуя, как сотни глаз впиваются в мою спину. Я была зверем в клетке, которого привезли на потеху публике. Но я не опустила голову. Я выпрямилась, сжала в кармане свой солнечный камень и сделала шаг вперед, навстречу своей новой жизни. Навстречу дому, который должен был стать моей тюрьмой. Но в глубине души, глядя на удаляющуюся спину Альрика, я помнила искру в его глазах у костра. И этот крошечный огонек давал мне силы не сломаться.

(ЭЛИРА)

Меня провели через лабиринт ледяных коридоров. Воздух здесь был еще холоднее, чем на улице, и пах старой, застоявшейся сыростью, как в гробнице. Стены, отполированные до зеркального блеска, отражали мерцающий свет светящихся лишайников, вмурованных в лед вместо факелов. Мои шаги и шаги Лианны глухо отдавались в звенящей тишине. Слуга, высокий суровый мужчина с седыми волосами, шел впереди, не оборачиваясь.

Наконец он остановился перед массивной дверью из темного, почти черного дерева, украшенной резным символом — стилизованной головой ворона.

— Покои принцессы, — коротко бросил он, отпирая дверь тяжелым железным ключом.

Я зашла внутрь, и у меня перехватило дыхание.

Комната была огромной. Настолько огромной, что в ней мог бы уместиться весь мой будуар во дворце в Соларии. И она была… прекрасной. Жуткой, ледяной, но прекрасной.

Стены и высокий сводчатый потолок были высечены из цельного синего льда. Они были не гладкими, а покрытыми искусной резьбой — изображениями северных оленей, бегущих волков, летящих воронов. В толще льда были проделаны глубокие ниши, где стояли причудливые сосульки, подсвеченные изнутри тем же мягким голубоватым светом. Казалось, я нахожусь внутри гигантского, замерзшего драгоценного камня.

Пол был выложен плитами темного сланца, на которых лежали толстые, грубые ковры из шкур белых медведей и снежных барсов. В центре комнаты стояла большая кровать с резными деревяными столбами, застеленная мехами. Рядом — тяжелый дубовый стол и несколько стульев. В камине, сложенном из черного камня, уже пылали дрова, отбрасывая на ледяные стены теплые, танцующие тени. Но, как я и предполагала, огонь почти не справлялся с холодом, исходящим от стен. Он был лишь крошечным островком тепла в ледяном океане.

Я подошла к одной из стен и провела рукой по резьбе. Лед был абсолютно гладким и обжигающе холодным.