Книга Сердце ледяного ворона, страница 106 – Наталья Тудаль

— Посмотри вокруг! — его рука описала широкий жест. — Хеймгард всегда был лишь выживающим. Мы царапали когтями мерзлую землю, чтобы не умереть. Мы молились зиме, чтобы она была не слишком суровой. Но зачем молиться стихии, когда можно ею управлять? Зачем выживать, когда можно править?

Его глаза снова вспыхнули зеленым.

— Старая империя Севера… она была не сказкой, Альрик. Она была правдой. И она будет снова. Но на этот раз она будет вечной. И простираться она будет не только на снега. Солария с ее теплом и светом… разве это не прекрасная добыча? Превратить ее сады в сияющие ледяные дворцы? Ее солнце… в вечную, бледную луну над царством чистоты и порядка?

Безумие. Это было чистейшее, безраздельное безумие. Но он произносил его с такой непоколебимой верой, что на мгновение я почувствовал головокружение.

— Ты видишь в этом тиранию, — продолжил он, и его голос снова стал мягким, убеждающим. — Но это — эволюция. Человечество слабо. Оно раздираемо страстями, страхами, мелкими амбициями. Оно нуждается в сильной руке. В руке, которая не дрогнет. Которая сможет принести необходимые жертвы ради великого будущего. Фрейя… ее жертва была высшим актом любви. Любви ко мне. И к тебе.

Я застыл, не в силах вымолвить ни слова.

— Она всегда была слаба сердцем, — сказал Бьорн, и в его голосе прозвучала… грусть? — Она цеплялась за старые идеалы. Она пыталась остановить меня, когда я был так близок к цели. Она не понимала… Но теперь она понимает. Теперь ее сила служит мне добровольно. Через нее я вижу все. Чувствую все. И я вижу тебя, сын мой. Твой потенциал.

Он сделал шаг ко мне, протянув руку. На его ладони не было оружия.

— Хватит сражаться против неизбежного. Хватит цепляться за прошлое. Ты мой наследник. Не по крови. По духу. По силе, что теперь живет в тебе. Ты прошел через очищение. Ты принял холод, как и я. Присоединяйся ко мне. Мы будем править вместе. Отец и сын. Два бога новой эры. Мы вернем Фрейе ее тело, и она будет править с нами как наша королева. Мы положим конец всем войнам, всем страданиям, установив вечный, непоколебимый порядок.

Искушение было подобно ледяному урагану, вымораживающему душу. Он предлагал не просто власть. Он предлагал конец борьбе. Конец боли. Возможность спасти мать не через насилие, а через принятие. Возможность иметь семью. Ту самую семью, которую я потерял. И все, что требовалось… это предать все, во что я верил. Предать Элиру. Предать тех, кто пошел за мной на смерть.

Я посмотрел на кристалл. На силуэт матери. Она была так близко.

И тогда я вспомнил. Вспомнил глаза Элиры, когда она запечатывала свой свет. Ее жертву, которую она принесла не ради власти, а ради жизни. Вспомнил Тормунда и его верность. Лианну и ее мужество. Изгоя и его несломленную ненависть ко лжи. Вспомнил рыбаков и воинов, что пошли за мной, веря, что я верну им их дом, а не превращу в ледяных рабов.

Я посмотрел на отца. На его спокойное, уверенное лицо. На его руку, все еще протянутую ко мне.

И я понял разницу между нами.

Он видел в людях инструменты. Пешки. Топливо для своей великой машины. Он предлагал порядок, ценой которого была душа.

А я… я видел в них людей. Со своими страхами, надеждами, своей волей к жизни. И я боролся за их право быть людьми, даже несовершенными, даже слабыми.