Книга Пленница судьбы, страница 80 – Элиан Вайс

— Даркейн, — позвала она. Голос прозвучал глухо, почти неразборчиво, потому что она намеренно уткнулась носом в его грудь, боясь встретиться с ним взглядом.

— Мм? — его грудь завибрировала от низкого, довольного полурыка. Он поцеловал ее в макушку, легко, почти рассеянно.

— Что будет, когда… — она замялась, подбирая слова, и почувствовала, как сводит живот от ужаса. — Когда я выполню свой долг? Когда наследник… будет зачат?

Эффект был мгновенным и ошеломляющим. Пальцы, только что нежно перебиравшие ее волосы, замерли. Окаменели. Мышцы под ее щекой напряглись, превратившись в гранит. Из комнаты словно выкачали весь воздух.

— Ты получишь золото и свободу, — произнес он, и она услышала лязг стали. Это был голос не ее Даркейна, а Темного короля, который вершит суд. Безжалостный, холодный, лишенный интонаций. — Это было условие нашего договора, Ария. Или ты забыла?

Она резко подняла голову, глядя на него с вызовом, в котором дрожала готовая пролиться наружу истерика. Его лицо было непроницаемо. Идеальная маска надменного монарха, отлитая из векового льда. Но глаза… В его алых, горящих глазах металась загнанная в клетку боль, которую он не успел спрятать за этой проклятой маской.

— А если я не захочу свободу? — спросила она напрямую, рубанув с плеча. Сердце колотилось не в груди — оно билось прямо в горле, мешая говорить, пульсируя в висках.

— Захочешь, — он резко отвернулся, почти швырнув ее голову с груди, и убрал руку с ее волос, словно обжегся.

— Откуда ты знаешь, чего я хочу⁈ — Ария села на кровати, сжимая в кулаках простыню. Внутри, закипая, поднималась ярость. Ярость на его непробиваемую, дурацкую, благородную тупость.

Он тоже сел. Спиной к ней. Напряженный, чужой, закрытый. Линия его позвоночника была жесткой, и Ария видела, как под бледной кожей перекатываются желваки — он сжимал челюсти до скрипа.

— Потому что никто не остается здесь добровольно, — сказал он, и горечи в его голосе хватило бы, чтобы отравить целое королевство. — Ты думаешь, я не знаю, что такое этот дворец? Это не дом. Это клетка. Золоченая, просторная, но клетка. И я в ней не хозяин. Я — главный узник. Твой тюремщик. Ты — моя жертва. И рано или поздно ты поймешь, что свобода стоит дороже любого золота. И уж точно дороже меня.

Ария взвилась с кровати, словно подброшенная пружиной. Она, голая, растрепанная, с пылающими от гнева щеками, босиком прошлепала по холодному каменному полу, обходя кровать, чтобы встать прямо перед ним.

— Ты не даешь мне выбора! — выкрикнула она ему в лицо.

Он поднял на нее глаза. И в этот момент вся его королевская спесь дала трещину. В зрачках, окруженных алым пламенем, была такая вселенская мука, что у Арии перехватило дыхание.

— Выбор у тебя был до того, как ты переступила порог этого дворца, — сказал он бесцветным голосом. — До того, как надела эту цепь. Теперь его нет. Есть только условия сделки. Ты родишь мне ребенка, если магия будет к нам благосклонна. И уйдешь.

— А если я не захочу уходить⁈ — повторила она, и ее голос сорвался на крик. Она вкладывала в эти слова всю свою надежду, всю душу.

— Захочешь, — он резко встал, нависая над ней темной громадой. Он взял ее за плечи — не нежно, а судорожно, словно тонущий хватается за обломок мачты. Его пальцы впились в ее кожу, но Ария даже не поморщилась. — Когда поймешь, что я не умею быть хорошим. Что у меня нет этих ваших светлых чувств. Что моя любовь, — он выплюнул это слово, как ругательство, — это контроль, собственничество, ревность до умопомрачения. Что я задушу тебя своей тьмой, Ария. Медленно, незаметно. Ты угаснешь в этой клетке, как все, кто был до тебя.