Книга Пленница судьбы, страница 1 – Элиан Вайс

Тьма в этой комнате была не просто отсутствием света — она была живым, голодным существом. Она обволакивала тело Арии с медленной, пугающей нежностью, скользила по обнаженной коже властно и собственнически, словно чужие пальцы, изучающие то, что им уже принадлежало. Воздух здесь был тяжелым, пропитанным магией до такой степени, что он оседал на языке привкусом пепла и озона. Ария давно перестала различать, где заканчиется реальность и начинается колдовство, пульсирующее в стенах этих покоев.

Она чувствовала только его — тяжесть его дыхания у самого уха, горячего и неровного. Его губы, сухие и обжигающие, медленно прокладывали путь от изгиба шеи к ключице, оставляя за собой дорожку мурашек. Каждое прикосновение было как удар током, заставляя ее пальцы судорожно вцепляться в шелк простыней.

— Ты сказала, что ненавидишь меня, — произнес король. Его голос раздался из самой глубины груди, низкий и вибрирующий, как рокот грозы, что надвигается из-за горизонта. Этот звук проникал куда-то под ребра, сжимал внутренности в тугой узел. — Докажи.

Его ладонь лежала на ее бедре. Не двигалась. Просто давила своей гипнотической тяжестью, от которой кожа покрывалась дрожью. Он ждал. Всегда ждал. Это была его жестокая игра: заставлять ее делать первый шаг, а потом безжалостно наказывать за проявленную смелость.

Ария прикусила губу до соленого привкуса крови, до острой вспышки боли, которая помогла не закричать. Стон, рвущийся из груди, она превратила в хриплый выдох. Пальцы ногтей впивались в ладони. Тело предавало ее так же безжалостно, как и судьба, три месяца назад зашвырнувшая ее в этот проклятый дворец.

— Ненавижу, — выдохнула она, но голос дрогнул на последнем слоге, превращая утверждение в полную противоположность. Получилось жалко и неубедительно даже для нее самой.

Он усмехнулся — коротко, гортанно. Она почувствовала это движение губами у своего виска, почувствовала, как его дыхание сбилось на долю секунды. Темный король не нуждался в свете, чтобы видеть. Его магия была острее любого взгляда, она прощупывала ее страх, ее стыд, ее унизительное, пугающее желание, которое разгоралось внизу живота, стоило ему лишь приблизиться.

— Лжешь, — прошептал он, и его голос потерял последние нотки насмешки, став низким, опасным предупреждением. — Твое тело никогда не лжет.

Его рука наконец двинулась. Пальцы — длинные, горячие, с мозолями от меча — очертили внутреннюю сторону бедра, поднимаясь все выше, дразня, но не касаясь того места, которое пульсировало в такт сердцу. Ария дернулась, пытаясь то ли прижаться ближе, то ли вырваться, но он легко перехватил инициативу. Сильные руки сомкнулись на ее талии, переворачивая на спину одним плавным, не терпящим возражений движением.

Она оказалась прижатой к постели, а над ней нависла тень — огромная, поглощающая пространство, давящая. Ария не видела его лица, только смутный силуэт на фоне бархатной тьмы. Но глаза его горели — алое свечение прорезало мрак, гипнотизируя, лишая воли.

— Повтори, — приказал он, нависая так близко, что слова обжигали ее губы, смешивая дыхание с ее. — Скажи, что ненавидишь.

Она открыла рот, готовясь выплюнуть это слово ему в лицо. Сотню раз за эти месяцы она прокручивала в голове эту сцену. Холодную, полную достоинства. Она скажет «нет». Она оттолкнет его. Она докажет, что он не властен над ней.