Книга Сдать дракона в аренду, страница 21 – Яна Шарм

— Забыть что? Твои тайны? Или мои глупые вопросы?

— И то, и другое, — честно признался он. Он остановился в шаге от неё. От воды и от неё исходил жар. — Хочешь… попробовать?

Вопрос повис в воздухе, насыщенном паром и чем-то ещё — электричеством ожидания. Он спрашивал не только о воде.

Майра посмотрела на его лицо. На эту искреннюю, незащищённую усталость. На глаза, в которых плескалось что-то тёмное и бесконечно глубокое. И её собственное напряжение, копившееся дни, нашло выход в одном резком, почти отчаянном порыве. Она не ответила словами. Она просто, не отрывая от него взгляда, сняла свою рабочую безрукавку, затем — грубую льняную рубаху. Потом — сапоги и штаны.

Она стояла перед ним в одной простой, небелого цвета сорочке, которая мгновенно стала полупрозрачной от влажного воздуха, обрисовывая упругие контуры её тела. Она видела, как его глаза потемнели, как сжались его челюсти. Но он не двинулся с места.

Не говоря ни слова, она ступила в воду. Горячая влага обожгла кожу на щиколотках, затем на бёдрах, и вот она уже погрузилась по плечи. Блаженство. Тепло проникало внутрь, размягчая каждый зажатый мускул, растворяя страх и злость. Она закрыла глаза, откинула голову назад, смочив волосы.

Потом услышала тихий всплеск. Открыла глаза. Он разделся и входил в воду. Его человеческое тело было… прекрасным. Стройным, но не истощённым, с гладкой кожей и теми самыми линиями мышц, которые говорили не о тяжелом труде, а о врождённой, скрытой силе. Свет от воды играл на его груди, на руках. Он подошёл к ней, и теперь их разделял лишь сантиметр дрожащего, горячего пространства.

— Никаких камней, правда? — прошептала она, глядя ему прямо в глаза.

— Никаких камней, — тихо подтвердил он. И под водой, куда она смотрела, вода вокруг его ног, его тела… замерцала. Словно сотни мельчайших золотых искр, частичек света, зарождались в толще и поднимались вверх, касаясь её кожи лёгкими, обжигающими поцелуями. Это была магия. Чистая, тихая, прекрасная.

Он медленно, давая ей время отпрянуть, поднял руку и коснулся её щеки. Его пальцы были тёплыми и влажными. Она прижалась к его ладони, закрыв глаза.

— Что ты? — выдохнула она.

— Тот, кто хочет тебя, — ответил он голосом, в котором гудел нечеловеческий обертон, от которого по спине пробежала дрожь, но не страха. Антиципации. — Только и всего. Сейчас.

И его губы нашли её губы.

Это был не осторожный, вопросительный поцелуй. Это было взятие. Властное, уверенное, глубокое. В нём была многовековая тоска по чему-то настоящему. Его язык скользнул в её рот, и она ответила ему с той же яростью, с какой до этого сомневалась. Её руки вцепились в его плечи, она почувствовала под пальцами шрамы, которые не могла видеть — старые, глубокие. Он стонал в её рот, и этот звук сводил её с ума. Жар от воды смешивался с внутренним пожаром, разгоравшимся в её низу живота. Каждое прикосновение его губ, каждое движение языка было и обещанием, и исполнением.

Одной рукой он прижимал её к себе, а другая скользнула вниз, под воду. Его пальцы нашли подол её сорочки, легко задрали его. Затем его ладонь легла на её живот, и она вздрогнула от прикосновения. Он оторвался от её губ, чтобы засыпать поцелуями её шею, ключицу, спускаясь ниже. Горячая вода и его горячие губы. Контраст с прохладным воздухом, ласкавшим её плечи и лицо, заставлял каждое прикосновение чувствовать втрое острее. Он не торопился, исследуя её тело, как драгоценность, целуя каждый изгиб, каждую родинку, оставляя на её коже невидимые отметины своим дыханием.