Книга Охота на сокола. Генрих VIII и Анна Болейн: брак, который перевернул устои, потряс Европу и изменил Англию, страница 99 – Джон Гай, Джулия Фокс

Казалось, Норфолк, Саффолк, Эксетер и Рочфорд, та самая четверка приближенных Генриха, которые каждый вечер ужинали с ним в его личных покоях, проявляли солидарность в вопросе развода. На самом же деле эта солидарность была не крепче бумаги. Виконт Рочфорд, отец Анны, поддерживал свою младшую дочь. Норфолк, ее дядя, предпочитал действовать по указке короля. Невысокого роста, худощавый, черноволосый, с узким лицом, он был из той породы людей, на которых нельзя положиться. Про него говорили, что он «разговаривает одинаково любезно и с друзьями, и с врагами»⁴⁰. Его жена Элизабет Стаффорд, дольше всех служившая Екатерине, однозначно поддерживала королеву и вскоре начала тайно передавать ей письма из Рима, спрятанные в ящиках с апельсинами. Ее преданность заметно укрепилась после того, как в 1527 году ее муж завел любовницу, Элизабет (или Бесс) Холланд, в гардеробе которой было много французских нарядов и которая предпочла встать на сторону Анны. В один прекрасный день герцогу достанется от острого язычка язвительной племянницы. Но он знал, что надо терпеть, впрочем, он знал и другое: если отношение Генриха к Анне изменится, он охотно поддержит его в этом⁴¹.

Чарльз Брэндон, герцог Саффолк, стоял перед дилеммой. Он был обязан своей карьерой Генриху, при этом был должен Уолси внушительную сумму. Как человек светский, он мог понять увлечение Генриха, однако он был женат на сестре короля, и ему приходилось подыгрывать ей. Герцогиня Саффолк была главной фрейлиной Екатерины и провела с ней большую часть своей жизни. Дочь короля, сестра короля, королева Франции (пусть и на короткое время), она не могла благожелательно относиться к тем, кто посягал на место Екатерины. Она считала Болейнов карьеристами (фр. arrivistes) и терпеть не могла Анну, возможно из-за того, что подозревала, что та наслушалась при французском дворе грязных сплетен о ее фривольных шалостях с герцогом Саффолком после смерти короля Людовика XII⁴².

Генри Куртене, маркиз Эксетер тоже втайне поддерживал королеву, как и его жена Гертруда Блаунт, одна из первых придворных дам Екатерины и ее ближайшая подруга. Через некоторое время она навлечет на себя гнев короля тем, что будет тайно передавать послам императора Карла важные сведения, добытые у мужа, за что король по просьбе Анны на время отстранит ее от двора. Впрочем, сейчас им с мужем пришлось затаить свое недовольство и помалкивать⁴³.

Единственное, что действительно объединяло этих людей,– ненависть к Уолси, сыну мясника, который столько лет ими командовал. До недавнего времени их возмущала не столько его политика, сколько то, как он монополизировал власть. Однако со времени подписания Амьенского мира общее настроение изменилось: Норфолк, Саффолк, Эксетер и многие другие были убежденными франкофобами, и у каждого из них были свои сомнения по поводу англо-французского союза, не позволявшие им разделять энтузиазм короля. Общественное мнение было на их стороне. Условия Амьенского договора, которые Уолси публично огласил жителям Лондона, вызвали массовые волнения. Как только он, желая досадить Карлу, запретил старейшей компании купцов-авантюристов продавать сукно в «ярмарочных» городах, а велел им вместо этого торговать в Кале, экспорт упал. Как только стало известно, что принцесса Мария обручена с герцогом Орлеанским, на улицах стали появляться листовки с предостережениями в адрес Уолси о том, «что ему не следует навязывать королю свою волю и советовать выдать дочь замуж за француза, а если он и дальше будет упорствовать, то окажется врагом не только короля, но и всего королевства»⁴⁴.