Книга Медь на моей коже, страница 10 – Клара Рутт

Вместо ответа я повернулась к своей помощнице:

— Что он такое говорит, Айла?

— Не было указаний, моя владычица, — отчеканила помощница, и глаз так же не отреагировал.

— А от Лисандры?

— Не было, моя владычица.

— Тогда что… это значит? — спросила я робко, а, вспомнив, где нахожусь, сказала в полную силу: — Я бы не позвала сюда тебя, Даркхан, если бы была виновата в случившемся. Очи Истины не дадут соврать.

— Но корабли моих врагов носят твое знамя! — рыкнул Даркхан, и его глаза сверкнули янтарем. — Предлагаешь мне все спустить? Положить моих воинов под твои пушки? Если ты хотела войны, получи ее, и не о чем нам разговаривать.

Он махнул своим и развернулся, чтобы уйти, но я выпалила в спину:

— И тебе проще проливать кровь, чем разобраться? У тебя прямо сейчас шанс со мной договориться, и ты просто уходишь?

— Наведи порядок в Илмарисе, владычица, — ответил он глухо. — И тогда поговорим.

— Мы поговорим сейчас! — я зарычала и невольно приблизилась. Его доспехи засветились, и я отошла на шаг. — Со своими делами я разберусь. И со своими людьми тоже. Но стычки мы остановим прямо сейчас!

Огромный хрустальный глаз под куполом алтаря мигнул голубым светом и осветил круг между нами. Даркхан впился в меня отчаянным взглядом. Я держала себя в руках, хотя огонь его тела сквозь доспех долетал до моей кожи. А потом вмешалась Айла:

— Пусть он снимет доспех! И оставит оружие! Это священное место, мы заключаем договор, и пусть он подчинится!

Даркхан с вызовом перевел взгляд на речную волчицу и проделал все то, что она сказала. Воины из его свиты подняли доспехи и оружие и вышли наружу. Айла, убедившись, что мне ничего не угрожает, вывела наших. Двери со всех сторон закрылись. Из освещения остался лишь бледно-голубой круг под нашими ногами. И мы друг напротив друга.

Даркхан тяжело дышал, льняная рубаха была покрыта пятнами крови, кое-где — прожжена. Но я старалась не смотреть: мы должны скрепить союз печатью Ока Истины и вовек не трогать друг друга. Но также мы оба знали, что если коснемся друг друга в рукопожатии, то обменом клятвами этот ритуал не закончится.

Жар, исходящий от его тела, отдавался легким покалыванием в оставленных на моей коже ожогах. Его дыхание застывало в моих глазах, его крепкие руки так и манили коснуться.

И самое главное — мы должны были коснуться, чтобы заключить перемирие под Оком Истины. Но оба медлили, будто просчитывали риски и взвешивали все за и против этого шага. В конце концов, я не выдержала:

— Плевать! — Я вышла в центр круга и протянула ладонь. — Будь что будет. Мы действуем по правилам: чтобы владыка Каркак получил сигнал о том, что мы заключаем перемирие до тех пор, пока живы оба. И не топим ничьи баржи.

— И не подсылаем убийц! — воскликнул Даркхан и тоже подошел.

— Медные Копи и Хрустальные Рощи теперь нейтральны по отношению друг к другу, Искар — общая территория, — подытожила я.

— Кто нарушит договор, тот попадает под власть второго, — прохрипел Даркхан и с силой стиснул мою руку, что я невольно вскрикнула. А потом поняла, что значат его слова и предостережение о том, чтобы я навела порядок в Илмарисе: войну вел кто-то за меня и явно плевать хотел на наши уговоры.

Раскаленная медь капала на мраморный пол, в самый центр светящегося круга. Жжение расходилось по всей руке, но я терпела. Его спокойные глаза прожигали меня насквозь и одним только мерцанием опускали на колени. Он сделает меня своей рабыней, если стычки не прекратятся. А я… слишком поспешила заключить долгожданный союз.