Книга Пепел желания, страница 128 – Клара Рутт

Впрочем, все предостережения оказались лишними: наш ранний гость не скрывался. И не имел цели нападать. Он просто застыл черным призраком на фоне окна и держал в руках Очи Истины. Мы все знали, кто это.

— У меня не было выбора, — сказал Саррис. — Мой долг перед сестрой больше, чем перед тобой, Сейра. У тебя есть защита, у нее никогда ничего не было. Ее муж погиб, клан переместился в Топи, я… покинул ее тоже. Как и Молчун.

Торн напрягся. Я осторожно вышла из-за его спины:

— Ты мог просто сказать об этом.

— А ты бы приняла? — Он ощетинился. Чешуйки на его ключицах встали дыбом. — В своих страданиях по Даркхану?

— Ты сыграл на моих чувствах. Снова. Но я заслужила эту боль, то была моя слабость, теперь ее нет. — Я сложила руки в замок и до хруста сжала пальцы. Теперь он не пробьется. Никто не пробьется сквозь мой щит. И пусть его злость от него отрикошетит.

— Я пойду за ней, чего бы это ни стоило, — сухо сказал Саррис. — Если ее жизнь — это дурацкий артефакт, так тому и быть. Для тебя это не больше, чем игрушка.

Он показал на кристалл, который в его руках потух окончательно. Но в руках Карнака он, конечно, раскроет свою силу. Он разбудит настоящего Улдроша, что спит у вулкана столицы.

Торн дернулся, я его остановила:

— Я устала бороться с ближними, пусть идет. Карнак и так копит силы, но у нас теперь есть и оружие, и защита. Толгаар выстоит. Но цена его спасения будет равняться цене жизни Рианон. Кровь всех будущих жертв Карнака будет на твоих руках.

— Считай, что я — твои руки, — сказал он холодно. — Ты обещала ее вытащить, а я сдержу твое слово.

Я поджала губы и ничего не ответила. Но вдруг вышел вперед Торн. Он перевел взгляд с меня на Сарриса, нахмурился и, бросив меч, опустился передо мной на колени. Его плечи задрожали, из груди пошли несвязные кричащие звуки: он пытался что-то сказать! Не жестами, а голосом — впервые! И я не нашла ничего лучше, чем опуститься с ним рядом.

— Я тебя слышу, Торн. И все… знаю, — сказала я робко. — Даже то, что ты тоже… должен идти.

Он резко поднял голову, в его глазах застыли слезы. Я кивнула. Больше, чем у Сарриса, право спасти Рианон было только у моего телохранителя. Он никогда не просил. И сейчас, я знала, не попросит. Но я должна была его отпустить. Чтобы новое предательство Сарриса имело оправдание.

Торн обхватил мои ноги и уткнулся лбом в мои колени. Из его груди вырвался звук — хриплый, рваный, нечеловеческий. Словно впервые за всю жизнь он пытался сказать мое имя.

Дыхание перехватило, и я позволила и себе, и Торну эти эмоции. Мне следовало его отпустить, но прежде я должна была дать ему высказаться.

Я закрыла глаза, чтобы не видеть Сарриса. Пусть будет что угодно, лишь бы не напоминание о моей наивной вере. Он предавал, и я снова подставляла грудь под удары. И не могла поступить иначе, чем принять его выбор.

— Я присмотрю за ним, — сказал Торн жестами, поднявшись. Я улыбнулась:

— Не стоит. Теперь это не имеет значения. Просто… возьмите то, за чем идете.

Торн поклонился. Саррис вынырнул из тени и посмотрел с сожалением. Но это не играло роли: о чем бы он ни молчал и что бы ни шептал ночами, красноречивее были его поступки.

Они оба безмолвно вышли. Тело обросло холодными мурашками. Еще сегодня меня касались руки змея. Еще сегодня я позволяла слабости руководить моими решениями. Теперь так не будет. Я владычица Хрустальных Рощ, и я покажу свою силу.