Книга Предатель. Я желаю тебе счастья с другой, страница 44 – Арина Арская

Он ее стращает, всячески соблазняет, а она рыдает и краснеет от стыда, потому что капитан этот вечно без рубашки шляется по кораблю.

Я любила такие книги, потому что сама вместе с героинями смущалась, волновалась и, затаив дыхание, ждала страстных поцелуев.

Сейчас ничего шевелится в груди, и мышцы капитана пиратов совсем не смущают.

Михаил хмурится, а после неторопливо шагает к креслу, в которое напряженно садится. Мне лень вынимать наушники. Я дальше слушаю о том, как мрачный капитан пиратов домогается героини.

После Алины прошло несколько тихих дней без каких-либо скандалов и моих слез.

Я знаю, что Римма доложила Михаилу о том, что у нас была гостья и передала мои старые снимки, которые он якобы забыл. Сама я не стала поднимать этот вопрос.

Мне все равно.

Я сейчас пытаюсь понять, как мне после развода убедить моих детей, что своим побегом в частную школу они никому ничего не докажут. Сейчас я с ними стараюсь быть спокойной, ласковой, но не заискивающей.

Я чувствую их напряжение, тревогу и ожидание наших с Мишей скандалов, но не знаю, как их излечить. Оксанка наигранно весела, а Костик — молчалив и мрачен.

Выжидает, когда мы с Михаилом заговорим о разводе, чтобы поставить свой подростковый ультиматум, что он сваливает от нас.

Может, мне стоит его отпустить. Он уже не малышок, и должен понимать, что мамы и папы могут разводиться, встречать других и строить с этими другими людьми новые семьи.

Да, больно, обидно и досадно, но такова жизнь, и не я виновата в несправедливости, которая перемалывает сердца и души в кровавый фарш.

Станет мужчиной, то поймет нас с Михаилом. Либо не поймет, и в его душе останется дикая обида на нас, но что я поделаю?

Я для его отца — обуза, а он теперь — кошелек, грубо говоря. Наверное, мы скоро поднимем разговор о разводе.

Почему я его испугалась? Потому что побоялась потерять детей? Потому что они останутся с Мишей, а я пока не могу о них заботиться?

Потому что не хотела просто так отдать Мишу Алине?

Все это сейчас мне кажется глупостью. Останутся дети с Мишей? Он — их отец, и в его ответственной заботе я не сомневаюсь, а я должна встать на ноги.

А что насчет Миши для Алины… Да пусть будут счастливы. Михаил заслуживает того, чтобы он любил и чтобы его любили. Он заслуживает того, чтобы больше не прятаться с любимой женщиной.

Он хороший человек со своими слабостями, и пусть уже выдохнет, а вместе с ним освобожусь и я.

Закрываю глаза. За своими мыслями я упустила из внимания почти целую главу книги, но Миша пришел поговорить. Он тянет ко мне руку и касается моего предплечья. Я не вздрагиваю, и со вздохом снимаю наушники.

— Чего ты хотел?

— Спросить, как ты?

Со вздохом разворачиваюсь к нему и отчитываюсь о своем дне. Меня опять пробивали током, гоняли по беговой дорожке, массировали все тело до синяков, а после ставили новые капельницы.

— Все по расписанию, — подытоживаю я. — И, как обычно, я — большая молодец.

Очень старательная.

— Понял, — Михаил кивает, вглядываясь в мои глаза. Молчит несколько секунд и говорит, — а ты подуспокоилась. Это радует.

— Наверное, успокаивающие травки помогают, — с тихим сарказмом отвечаю я.

Миша приподнимает бровь. Сейчас я вижу в нем не мужа, а… не знаю… уставшего родственника, которому не помешало бы хорошенько выспаться.