Книга Босс и мать-одиночка в разводе, страница 64 – Арина Арская

— Только вот этого, — он кивает в сторону кухни, — я братом называть не буду. У меня один старший брат. И это Макар!

Он отталкивается спиной от косяка, делает несколько шагов ко мне. Руки все еще скрещены на груди.

— И вообще, — шипит он, останавливаясь прямо передо мной, — этот Аркашка-какашка, походу, запал на Юльку. — Пауза, и его голос становится ещё зловещее. — Юлька тоже сидит смеется…

Затем он плюхается рядом на край моей кровати. Он поджимает губы и смотрит перед собой в пол, весь такой злой-презлой и очень одинокий воробушек.

Телефон в моей руке тихо вибрирует. Одно короткое сообщение от Гали с номером Германа.

Пусть Герман приезжает. И пусть Герман сам рассказывает моим детям, что он мне вовсе не жених. Что между нами не будет никакой свадьбы. И что он… вернулся к своей бывшей жене.

Он заварил эту кашу, и пусть он, как мужчина, говорит правду. Пусть посмотрит в глаза моему сыну. В глаза своего сына. В глаза моей дочери.

А потом пусть посмотрит и в мои глаза.

Сволочь бородатая.

Палец сам тянется к экрану. Я набираю номер. Сердце колотится так сильно, что мне тяжело дышать.

Сашка смотрит теперь на меня с молчаливым ожиданием.

Гудок… Еще один…

Ответит ли он? Или он сейчас очень занят? Обнимает свою королеву Марго? Шепчет ей на ушко всякие грязные словечки? И, кстати, мой личный номер телефона вряд ли у него сохранен.

Третий гудок. Четвертый. Я уже почти готова бросить трубку, когда я слышу в динамике низкий голос, от которого по всему моему телу пробегает разряд.

— Я внимательно слушаю.

— Это я… — тихо отвечаю я, — Таня.

Марго в моих объятиях.

Её голова покоится на моей груди.

Её ловкие, ухоженные пальчики лениво скользят по моей коже — от груди к животу, будто намечая невидимы рисунок.

Каждое прикосновение отточено годами совместной жизни, оно должно будоражить, заставлять кровь бежать быстрее.

Эта ласка раньше сводила меня с ума.

А я чувствую лишь физическую слабость. А моральной удовлетворенности так и нет.

Я смотрю в потолок — идеально ровный, цвета слоновой кости, с дорогой лепниной по краям — и не понимаю, что со мной происходит.

Несколько лет я мечтал об этом. Годами!

Вернуть мою Королеву. Снова стать тем счастливым мужиком, что засыпает и просыпается с ней рядом под одним одеялом, в этой самой спальне, где мы не раз скандалили, а потом отдавались яростной страсти.

И вот. Свершилось.

Только что закончилась та самая примиряющая близость, после которой моя Марго снова мягкая, податливая кошечка. Я чувствую, она вся моя. Она опять готова быть моей женщиной.

А в моем сердце — черная, зияющая пустота. В голове муторно.

Я мыслями и сердцем — не здесь. Не с Марго.

Мои губы горят вовсе не от её поцелуев, а от нахального, грубого и до смешного честного поцелуя той… скромной Татьяны.

Я уже который час пытаюсь изгнать её образ из головы, но её тень, простая и какая-то по-домашнему уютная, упрямо возвращается и дразнит меня.

“Пошла вас разлюбливать”

— Я так по тебе скучала, — хрипло, с придыханием шепчет Марго и приподнимается на локоть.

Её распущенные волосы рассыпаются по моему плечу. Она всматривается в моё лицо, её глаза блестят в полумраке комнаты томным удовольствием..

— О чём ты задумался?

Я получил всё, чего хотел. Достиг своей цели, но у меня нет ни малейшего желания снова притянуть её к себе и почувствовать вкус её губ. Нет.