Книга Право на семью, страница 26 – Арина Арская

Если окажу сопротивление или дернусь, то его может переклинить. По глазам вижу, что он едва сдерживается, и эта глубокая черная тень в его взгляде пугает и пугает, как женщину, которая столкнулась с мужским вожделением, что под собой имеет только одну цель. Цель получить не потомство, а удовольствие. Здесь и сейчас.

И меня это шокирует до глубины души, потому что прежде я в Валере этого черного огня не видела. И это пламя обжигает и страшит. Валерий — мужчина, от которого мне в случае его агрессии и желания не отбиться и не воззвать к его здравомыслию.

Медленно убирает руку, а я почти не дышу. Касается пальцами моего подбородка, и я вздрагиваю, будто к коже приложили раскаленную монету. Закрываю глаза, а Валерий пробегает пальцами по шее, вызывая волну слабости от макушки до пят. Я должна его оттолкнуть, но велик шанс, что я его спровоцирую на новую вспышку ярости, а в гневе люди глупые. Я ведь сама на эмоциях скатываюсь в безрассудство с ложками.

— Давай ты постараешься быть более сдержанной, — шепот Валерия дрожит гневом, и он отступает. — Не стоит меня провоцировать.

Я открываю глаза. Он буравит меня испытующим взглядом, разворачивается и размашистым шагом идет прочь. Я знаю, к кому он помчится после утренней ссоры в строгом костюме и галстуке, и меня начинает трясти от холодной злобы к нему и его милой девочке.

Я могу Валерия окликнуть, остановить и поддаться желанию одержать временную победу в борьбе за его внимание из-за женского упрямства и уязвленного эго, но что потом? И останется ли он? Оглядывается, будто услышал мои мысли, и я задерживаю дыхание.

— У тебя пятно от кофе у ворота справа.

Покидает гостиную, а я с титаническим усилием сдерживаю себе желание схватить вазу с комода с сухоцветами и с криками ее разбить, но муж попросил меня быть сдержанной, поэтому я лишь молча сжимаю кулаки. Пусть, сволочь, катится к своей потаскухе.

Пребываю в растерянности, разглядывая пятно от кофе на блузке. И когда я успела замараться? В тот момент, когда Валерий явился во всей красе или чуть позже? И мне совершенно не нравится, что сейчас происходит между нами.

И в сегодняшней ссоре я показала себя слабой. На эмоциях выплеснула на Валерия, что я нуждалась в его поддержке, заботе и защите, но это ведь не так. Ждут внимания и участия от того, кого любят и с кем ты сблизился, а у нас все иначе. Разве я должна искать неравнодушия у того, кого презираю?

Тяжело вздыхаю, и на кровать рядом садится Мария.

— Кофе пролила, — говорю я ей и показываю пятно.

Конечно, не о кофе я сейчас хочу с ней побеседовать, но мне нельзя излить ей душу, в поиске сочувствия, потому что затем ее обо всем расспросит Валерий.

— Ничего страшного, — она аккуратно забирает у меня блузку и откладывает ее в сторону. — От любого пятна можно избавиться, если знать некоторые хитрости.

Мне кажется, что она на что-то намекает, потому что мягко сжимает мою ладонь и многозначительно заглядывает в глаза.

— Вопрос лишь в том, насколько дорога вам блузка?

Я в ответ хмурюсь. Это намек о Валере и его любовнице, которая в данном контексте выступает как пятно на белой и тонкой ткани?

— Надо признаться, что эта блузка не самая удобная, — едва слышно отвечаю я. — Да, красивая и дорогая, но…