Книга Право на семью, страница 23 – Арина Арская

— Да. Именно. Очень раздражает.

— Неужели будешь искать новую красавицу? Или эту перевоспитаешь? — Вика мягко смеется. — Хотя давай я не буду в курсе всего этого, ага? Немного уважения к жене и деловому партнеру, Валерий Аркадьевич.

— Принято, Виктория Романовна, — на меня опять накатывает ярость, от которой, кажется, кости ломит.

Мария, поперхнувшись чаем, кашляет, когда в столовую вплывает Валерий. Замираю с чашкой у рта и медленно моргаю. Мой муженек явился на завтрак полуголым. В одних пижамных шелковых штанах. Немного помятый, взъерошенный и сонный. Без понятия, когда он вернулся сегодня ночью. И знать не хочу, чем он занимался. Любовницей ли или своим проектом, которым вздумал утереть нос моему дяде.

— Доброе утро, — сипит Мария и густо краснеет.

— Угу, — отвечает Валерий и подпирает лицо, прикрыв глаза. — Доброе.

— Валер, — шепчу я.

— Что? — глаза не открывает.

— Ты голый.

Вздыхает, откидывается на спинку стула и опускает взгляд. Моргает, а после смотрит на меня:

— Нет. Я в пижаме, Виктория Романовна.

— В нижней ее части.

— Я у себя дома.

— И что? — охаю я.

В столовую просачивается Инга, наша домработница, с подносом в руках. Смотрит на Валеру, округляет глаза и переводит шокированный взгляд на меня, будто это я раздела главу дома по пояс.

— Где там мой кофе? — Валерий сонно причмокивает.

Я не знаю, что делать. Он нарушает приличия и жутко смущает двух женщин, которые прежде не видели его в таком виде. Господи, да я его таким не видела! Ловлю себя на мысли, что хочу вскочить и сбежать, чтобы не созерцать его голые телеса. Это его до невменяемости объездила милая Ладочка?

Инга ставит перед Валерием чашку кофе и торопливо скрывается на кухне, испуганно прижав поднос к груди. Мария сглатывает, встает и шепчет:

— Я пойду, — хочет взять из люльки Соню, которая увлеченно слюнявит погремушку.

— Нет, оставь ее, — Валерий делает глоток. — У нас же завтрак.

— Виктория ее уже покормила…

— Нет, она есть погремушку, — поднимает на Марию взгляд.

— Мне ее забрать? — она бледнеет.

— Нет, не отбирай у Сони ее десерт, бессердечная, — Валерий хмурится.

Мария растерянно смотрит на меня, и киваю:

— Иди, если ты, конечно, позавтракала.

— Я пойду в детской приберу…

Мария спешно семенит прочь из столовой, и Валерий провожает ее сонным взглядом, а после смотрит на меня:

— Что это с ней?

— Ты голый.

— Я в пижаме.

— Ты пьяный, что ли? — зло шепчу я.

— Пьяный и голый? — он усмехается и вскидывает бровь.

— Валер.

— Что?

— Ты не в себе.

— Я не могу спуститься на завтрак в пижаме? — спрашивает с удивленным возмущением.

— Ты в штанах от пижамы спустился. Ты себе раньше подобного не позволял.

— А теперь позволяю, — пожимает плечами. — Слушай, я еле встал с кровати. Дай мне кофе выпить и прийти в себя. Я два часа спал. Скажи спасибо, что я сюда не на четвереньках вполз. И потерпите, Виктория Романовна, я вас через час оставлю.

Накалываю на вилку кусочек омлета и поджимаю губы.

— Я тебе нервирую?

— Да.

— А вот Соню нет, — хмыкает, и наша дочь с улыбкой сучит ножками и ручками. — Соне я нравлюсь.

Решительным залпом допивает кофе, встает и подхватывает ее на руки. У меня включается разъяренная тигрица. Только порываюсь вскочить на ноги, как Валерий оглядывается и шепчет: