Книга Право на обман, страница 66 – Арина Арская

Я молчу. Пусть выскажется. Это очень обидно и больно, когда люди, которые казались непогрешимыми, на деле — обычные смертные с теми же проблемами, что и у тебя.

— И чья вина? — Марта сжимает ручку двери.

— Моя.

— Я так и думала. Из-за той идиотки на крыше?

— Так, — постукиваю пальцами по подлокотнику. — И какая же вам птичка напела о идиотке на крыше?

Я ведь пригрозил охране, что если кто-то рот откроет, то я буду вынужден принять серьезные меры.

— Саш, я жена Юры. Юры, начальника охраны, — Марта возмущенно цокает. — Его тогда посреди ночи разбудили звонком, что какая-то курица на крыше решила в свободный полет прыгнуть. После возвращения он мне ничего не сказал и два часа в душе пробыл. Я не знаю, что у вас там произошло, но я его еще таким бледным и молчаливым не видела.

— Я каждый раз забываю, что вы в браке, — устало массирую переносицу.

— Да, и я тебя ему в пример постоянно ставила! — тычет в мою сторону пальцем.

— Теперь я могу быть антипримером, — хмыкаю я.

— Вот не жилось вам спокойно, Александр, — Марта переходит на официальный и сухой тон. — Так ладно. Меня отчет ждет. С вами интересно, а с налоговиками еще веселей.

Выходит, а я тянусь к скетчбуку и карандашу. Я не имею права терять драгоценные минуты на безделье.

Вот что забыли Саша и Денис в одной из новых многоэтажек на Ватутиной? Да еще и на двадцатом этаже? Мой бывший муж переехал в новую квартиру и решил сказать об этом уже постфактум? Все эти переезды не пойдут на пользу нашему сыну, который вот только более-менее привык к своей комнате “дома у папы”.

Как меня подмывает закатить скандал. В последние две недели это желание нарастает, и я с трудом сдерживаю себя от того, чтобы не позвонить Саше посреди ночи в приступе бессонницы и не наорать на него, что я его ненавижу и что он мне всю жизнь сломал. С этим же желанием я просыпаюсь, готовлю завтрак и блюю в туалете по утрам.

Нахожу нужный номер квартиры. Дверь приоткрыта. На меня обрушивается паника, а в кармане звонит телефон. Мама.

— Дениска у нас, — воркует она.

— Что? — пялюсь на приоткрытую дверь и ежусь.

— Все, давай, целую…

Гудки, и я ничего не понимаю. Если Денис у мамы с папой, то какого черта я тут делаю? Я же вот минут десять назад с Сашей созвонилась, чтобы понять, с какой стороны попасть во двор дома.

— Саша! — в ярости распахиваю дверь. — Ты надо мной издеваешься?!

Захлопываю дверь. Я ему сейчас устрою. Устрою, если живой, потому что незапертая дверь вызвала во мне волну холодной тревоги.

Пустая квартира с одним пространством и панорамными окнами. Высокие потолки, белые стены и… Мольберт! А рядом с ним Саша в одном, черт его дери, льняном фартуке. Я аж сумку роняю. Перед мольбертом стул, накрытый белой простыней.

— Ты опоздала, — голос строгий и холодный, а взгляд пристальный и пронизывающий.

Я растерянно озираюсь по сторонам. Может, он не ко мне обращается? Может, тут есть еще кто-то, кто посмел опоздать на пять минут? У правой стены стоит кровать, заправленная черным постельным бельем. Это еще что такое?

— Почему ты опоздала? — задает злой и недовольный вопрос, от которого у меня мурашки бегут по коже.

Так-так-так… Я судорожно соображаю, что происходит. Он вздумал устроить внезапные ролевые игры? Но какие же это игры, ведь он вполне серьезен несмотря на то, что стоит в одном фартуке, под которым угадывается его достоинство, что приподнимает и натягивает ткань. В глазах гнев и ожидание.