Книга Не нищая жена, страница 91 – Денни Смит

Ее голос прозвучал грубее, чем она хотела. Эмили вовсе не планировала поддаваться эмоциям, но отступать было поздно. Один вид по-хозяйски развалившегося на стуле, абсолютно спокойного мужа, вертевшего в длинных тонких пальцах бокал с вином, в той самой комнате, где он когда-то унизил ее, мгновенно вывел ее из равновесия.

— Передвиньте пожалуйста прибор, — обратилась она к лакею, который зашел в комнату, указывая на место прямо перед собой.

Слуга, бросив взволнованный взгляд, принялся исполнять распоряжение и через несколько минут ушел.

— И тебе доброго вечера, Эмили. — наконец произнес Джозеф, когда они остались вдвоем, — Помнится, раньше ты была куда снисходительнее к шотландцам и не считала их дикарями. Интересно, — его взгляд стал пристальным, изучающим, — эта реплика — желание досадить лично мне или чье-то постороннее, дурное влияние?

Он чуть помолчал, выдерживая паузу, пристально рассматривая ее лицо.

— Что касается, моего дорожного костюма. Рэндольф со всем багажом едет следом. Пожалуйста, проследи, кстати, чтобы его должным образом устроили. Судя по всему, он прибудет не раньше, чем глубокой ночью. А до той поры тебе придется терпеть мое общество в том виде, в котором я есть.

Эмили уже открыла рот для гневной тирады, возмущенная его намеком на чье-то влияние, но дверь в этот момент открылась. На пороге, бледный как полотно, замер лакей с серебряной супницей в руках. Он бросил растерянный взгляд на хозяйку и на хозяина в дорожной одежде, затем принялся разливать по тарелкам ароматный куриный бульон с травами. Запах хорошо знакомой еды немного поднял ей настроение

С мрачным удовлетворением Эмили подумала, что для Джозефа, привыкшего на обед есть ростбиф или отбивные, столь легкий суп покажется недостаточным.

«Сам виноват — надо было следовать хорошему тону и предупредить о своем приезде», — мысленно бросила она ему упрек.

Эмили посмотрела на мужа, но тот к ее досаде не выказал никаких признаков неудовольствия. Казалось, еда вовсе не занимала его. Его взгляд медленно, оценивающе скользнул по ее жемчужно-серому, аскетичному платью с глухим воротником. Но обратился к ней он только тогда, когда за слугой закрылась дверь.

— К слову, глядя на твой выбор туалета, я вижу, что ты тоже не слишком-то старалась. Нарочитая невзрачность, — заметил он, и уголок его рта пополз вверх. — Но должен отметить, милая жена, даже этот наряд замечательно обрисовывает твою фигуру. Следовало надеть что-то более бесформенное, что не дает представления о твоей фигуре настолько хорошо, чтобы не выделяться. Попытка продемонстрировать свой протест не удалась. Ты лишь привлекла мое внимание.

Щеки Эмили вспыхнули от двусмысленного колкого комплимента. Он, как всегда, видел ее насквозь. Ее уколы были для него детскими щипками, от которых он лишь отмахивался.

— Милая столовая, кстати, — светским тоном, за которым тем не менее читалось нечто хищное, сказал Джозеф, — Вижу, ты настолько доверилась моему вкусу, что решила сохранить здесь все в точности, как и в нашу… последнюю встречу. Я так понимаю, комнатой не пользуются, — задумчиво сказал он и продолжил размышлять, — Интересно, почему ты распорядилась накрыть обед именно здесь?

— Чтоб не забыть, что ты оскорбил меня тогда так, как никогда никто до этого! — вырвалось у нее, прежде чем она осознала смысл своих слов.