Книга Фантомные боли, страница 76 – Люсинда Берри

— Да рассказывать особенно нечего. Его зовут Томас. Мы встречаемся уже год. Познакомились на работе.

— А дальше? Давай, колись. Где драма? Он тебе изменил? Его не смущает, что ты больна?

— Да в общем нет никакой драмы. Это мой первый бойфренд, который продержался дольше пары месяцев. Наверное, более доброго парня и не найти. До того случая я была от него без ума. – «Тот случай» – так мы с Розой теперь называли то, что произошло перед тем, как я оказалась в больнице.

— Ну секс-то хоть хороший был?

У нас с Томасом никогда не было секса. Я оставалась двадцатилетней девственницей, и вовсе не из-за каких-то глубоких религиозных убеждений, заставлявших меня беречь себя до брака, как его. Просто не любила секс и все, что с ним связано. Никогда не любила. Мне хотелось бы, чтобы сложилось наоборот, как у всех нормальных людей, но тело деревенело и отказывалось слушаться.

— Значит, тебя не пугает, что я все еще девственник? – спросил Томас после того, как рассказал о своем целибате.

Это произошло после очередного из многих совместно просмотренных фильмов. Была моя очередь выбирать, и он делал вид, что едва терпит очередную романтическую комедию, хотя я ничуть не сомневалась, что втайне они ему нравятся.

— Нет.

Необычно, конечно, но ничего пугающего я в этом не видела. Пока мы ехали ко мне домой, я колебалась – рассказать ему о себе или нет. Я никогда не говорила парням, что еще девственница, делала вид, что нет, но с Томасом решила рискнуть.

— Я тоже девственница, – выпалила я.

— Да? Правда?

Последние двадцать минут перед тем, как сделать свое заявление, Томас объяснял мне свои религиозные убеждения, однако я их не разделяла, и услышать подобное от меня он не ожидал.

— Можно спросить почему?

— Не люблю секс.

— Откуда ты знаешь, если у тебя его никогда не было?

— Я делала другие вещи.

В старших классах я позволяла мальчикам исследовать мое тело – гладить, хватать и тыкать. Они тискали мне грудь, так что становилось больно, и стонали от возбуждения. Я давала им запустить в себя пальцы, но удовольствия от этого было не больше, чем от тампонов.

— И тебе все это совсем не нравилось? Они, наверное, совсем ничего не умели.

Это он произнес с уверенностью, что сам-то умеет. Но я уже слышала эти слова – так говорили все парни, с которыми я встречалась.

— Похоже, ниже пояса я ничего не чувствую.

Я действительно ничего не чувствовала. Эмили, в отличие от меня, обожала секс, и ей всегда было мало. Она делала это даже с незнакомцами, а я не понимала, что она в этом находит. Она во всех подробностях описала мне, что я должна почувствовать, и даже уговорила попробовать мастурбацию. Я выполнила ее инструкции в точности, но абсолютно ничего не случилось – с тем же успехом можно было ковыряться в пупке.

Томас принадлежал к клубу «все, кроме секса». Наверное, он и не стал бы тем, кто лишит меня девственности, но изо всех сил пытался стать первым, кто доведет меня до оргазма. Впрочем, мне нравилось с ним целоваться, потому что целовался он классно. Другие парни относились к поцелуям как к обязательному пункту программы, который надо побыстрее выполнить и перейти к следующему, к тому, чего по-настоящему хочется.

Томас любил целоваться не меньше меня и никуда не спешил. Раздеваться я отказывалась, поэтому мы терлись друг об друга, как подростки, и мой первый оргазм случился совершенно неожиданно. Я была полностью одета. Целый месяц я скрывала это от Томаса, потому что не хотела показаться полной дурой. А когда наконец рассказала, то покраснела как свекла, уж больно это было по-детски. Томас, однако, возликовал – его не волновало, как именно я кончаю, он радовался, что довел меня до этого. Вскоре мы начали испытывать оргазм вместе. Мы получали больше удовольствия от имитации секса в одежде, чем некоторые получают от настоящего.