Книга Прямо в сердце, страница 203 – Салма Кальк

Император простец, он вполне удовольствовался такой версией. Министр полиции Жозеф Фурнье сам едва пришёл в себя от увиденного. И только лишь Талейран тонко улыбался, слушая всё это.

— Вы были в своём праве, маркиза, - сказал он тихо ей.

Она же в ответ даже не вздохнула.

— Соболезнуем вашему горю, маркиза, - сказал ей император. – И благодарим за защиту её императорского величества – впрочем, как и всегда. Ваши дети получат лучшее образование, какое только может быть у нас, а заботу о вас самой я возьму на себя, не доверю более никому. И спустя разумное время найду вам нового супруга.

И вот тут Изабель уже не сдержалась и посмотрела на императора, просто посмотрела.

— Благодарю вас, я не собираюсь больше замуж, - нужно же пояснить.

Впрочем, оказалось достаточно – потому что император покинул гостиную очень быстро.

Дальше она говорила себе, что это случилось бы рано или поздно, потому что Анатоль старше неё, потому что жизнь его потрепала сильнее, чем её, и всё закономерно. Но реальность оказалась как-то очень уж сурова.

В дом на улице Сен-Катрин собрались все чего-то стоящие люди – и маги, и не маги. Прибыл со своего края света принц Анри де Роган с супругой и его друг Асканио Нери тоже с супругой. С другого края света прибыли Гвискары многочисленным семейством, и Луиз де Гвискар держала Изабель за руку и говорила, что при чуть другом раскладе это она сейчас должна была стоять тут и принимать соболезнования от друзей и соратников. Прибыли студенты и преподаватели из Академии. Появились её собственные братья Роберт и Энтони – им кто-то открыл портал. Ненадолго появился Дени – кто-то шепнул, что он сам не так давно потерял вторую супругу, и тоже не вполне в порядке.

Долго говорили об Анатоле, вспоминали его деда – кто успел застать, например – виконт Гвискар, его супруга и старший принц Анри. Вспоминали тепло и хорошо.

А потом трое братьев де Риньи долго рядились, кто теперь старший. Потому что Алоизий сказал, что не собирается оставаться во Франкии, его будущее в Другом Свете. Анри и Антуан долго разбирались, кому проще, но потом сошлись на том, что маркизом будет Рауль, а старшие просто научат его всему. Учёный Анри – всем возможным наукам. Маршал Антуан – военному делу. А он сам решит, чем будет заниматься – когда вырастет и отучится в Академии.

Значит, пускай так и будет.

Ноябрь 1810

— Вы будете моим визави на следующую кадриль, господин герцог?

Дени не хотел выходить ни в какой танец, тем более – в кадриль. Это ж нужна дама, с которой не скучно стоять всё то время, пока ваша пара не танцует, и которая хоть немного ориентируется в последовательности фигур. Конечно, распорядители на придворных балах всегда работали чётко, почти как в армии, и громко диктовали фигуры, но у императора всё, как в армии. Хорошо хоть сейчас не расписывают, кому с кем танцевать, как было поначалу, и то хлеб.

Дени вообще не хотел на бал. Но он человек военный, следовательно – должен исполнять приказы. А приказ императора был чётким и недвусмысленным – быть. Хорошо, хоть не следит лично, танцует этот Саваж или нет, а то с него сталось бы, если бы он решил, что это важно. Но может ведь следить через других, поэтому… чему быть, того не миновать.

И ладно, его бы позвал кто-нибудь приличный, но напротив Дени возвышался юный и долговязый Анри де Роган, кузен её новоиспечённого величества Мари-Луиз, прибывший из Видонии весной и пока никак себя не проявивший. Принцам не отказывают, даже если это бастарды. Отец-то у этого принца-бастарда приличный человек, а дед – тем более.